Ожидали ли вы попасть в горнило самой страшной войны в истории человечества? Вот и Михаил Солнцев, студент-заочник технического вуза этого никак не ожидал. Получив удар электрическим током, Михаил очнулся в теле немецкого диверсанта из полка «Бранденбург» в июле сорок первого, который под видом командира Красной Армии, был внедрен в одну из многочисленных групп окруженцев под Смоленском. Первый же вопрос что делать, решился сам собой, ты командир, значит командуй, так что теперь … в бой?
Авторы: Поселягин Владимир Геннадьевич
куда править. Объехав зенитку, куда-то бьющую в сторону немцев, мы под начавшимся минометным обстрелом немцев, подъехали к самолету находящемуся, под прикрытием деревьев. Из эмки стоящей рядом с самолетом, два типа в форме НКВД быстро носили какие-то свертки, рядом с входом курил один из летчиков, похоже гебисты не доверяли ему и таскали явно тяжелые свертки сами. Под взглядом находящихся у самолета людей, я вылез из машины и быстро подошел к старшему из них, со шпалами капитана в васильковых петлицах. Отдав честь, прокричал, стараясь перебороть шум работающих двигателей и боя:
— Товарищ подполковник госбезопасности, нами был захвачен в плен немецкий генерал с особо важными сведеньями, нужно срочно его доставить в Москву!
Внимательно слушавший меня капитан, кивнул, и вместе мы подошли к Мерседесу, налюбовавшись на связанного генерала, капитан крикнул:
— Самолет перегружен, нам придется часть архива оставить здесь, иначе не взлетим.
Кивнув, что понял, я приказал вывести из машины генерала и вытащить его адъютанта. Гебисты также споро, стали разгружать обратно самолет, потроша свертки на листки и кидая их в кучу. Один из них облил кучу бензином и поджег ее. Пока особисты составляли акт об уничтожение, я посадил с немцами и Гаврилова. Все-таки оказывается и в НКВД нормальные люди служат, а я уж собирался на отрицательный ответ приказать арестовать их и ссадить с самолета.
Транспортник, взревев двигателями начал взлет, и оторвавшись от взлетной полосы, стал медленно подниматься, через несколько секунд, самолет скрылся за деревьями. Проводив его взглядом, я крикнул:
— Уходим!- И запрыгнул на место водителя в брошенную эмку. Несмотря на плотный огонь двух бронетранспортеров и прорвавшихся на взлетную полосу немецких солдат мы смогли вырваться. Отчаянное сопротивление зенитчиков дало свои плоды, три танка застыли темными глыбами у кромки леса, а вот остановить обошедших по флангу противника уже никто не смог, и мы уезжали под бешенную стрельбу на аэродроме. Я старательно давил на газ, крепко сжимая руль, постоянно пытавшийся вырваться из рук на плохой дороге, в редкие минуты поглядывал назад, не отстали ли машины, но они крепко держались за мной. На очередном ухабе еще раз приложившись макушкой о крышу эмки, я стал материться и вспоминать конструкторов. Сидящий рядом Летяга только похохохатовал, правда осторожно, при таких скачках не трудно прикусить язык. Спустившись в глубокий овраг, я загнал машину в кусты, и вышел из эмки к подъехавшим бойцам.
— Волдухин, пару бойцов в разведку по курсу движения, и часовых не забудь. Остальным отдыхать,- козырнувший сержант убежал к своим бойцам, на ходу отдавая команды. К моему удивлению в полуторке было два лишних красноармейца, которые откуда-то взялись в кузове. Мое любопытство удовлетворил подошедший Волдухин. Оказывается бойцы были с уничтоженной зенитки, единственные оставшиеся в живых, они запрыгнули в притормозившую полуторку, когда мы пролетали мимо них, сматываясь от немцев.
— Ладно, лишними не будут. Вооружены?
— У одного карабин, другой без оружия. Правда есть две гранаты.- Немедленно ответил сержант. Кивнув, что принял информацию к сведенью, прилег под кустом и достав карту стал изучать ее. После чего позвал летчиков, они тут облетали все, местность должны знать. И вот четыре головы склонились над киллометровкой.
— Смотри-ка, у них даже зенитный дивизион указан, который недалеко от нашего аэродрома в соседней деревне стоит,- удивился Караулов, с интересом изучавший трофейную карту.
— Да, и мосты и броды есть,- продолжил Летяга, с таким же интересом склонившийся над трофеем.
Подождав пока летчики выговорятся, я задал интересующий меня вопрос:
— Как нам быстрее и проще прорваться к своим?
Обсуждение заняло почти полчаса, вернувшиеся к этому времени разведчики доложили, что немцев они не видели, но стрельбу в разных местах слышали.
— По машинам!- Крикнул я и сел в эмку, за рулем которой уже сидел Сурков, на заднем сиденье с удобством развалился Летяга. На Мерседесе поехали летчики, старший лейтенант Караулов с удовольствием сел за руль. Подъехав к опушке леса, по которому мы ехали уже минут двадцать, остановился и взяв бинокль направился к открытому пространству вслед за боевым охранением, посланным со мной Волдухином. Найдя удобное место для наблюдения, я осмотрелся. Дорога выбегавшая из леса змеилась по полю и скрывалась в небольшом распадке, который я осмотреть не мог, но вроде пустой, и выходя из оврага дорога уходила в даль. Осмотрев поле, границ его я не обнаружил. Честно говоря не хотелось бы мне выезжать на открытое пространство, было какое-то предчувствие. Помедлив мгновение
