Четвертое измерение

о себе молчок! Понял?
— Хорошо. Да я все спросить хотел, выяснили что случилось с жителями деревни?
— Пока нет, выясняем. Но судя потому, что все личные вещи лежат на месте, то это навевает на нехорошие мысли.
— Да уж,… навевает.
Попив колодезной воды, я поставил звякнувшее цепью ведро на сруб колодца и отошел в сторону, мое место сразу занял боец с десятилитровым термосом и бросив ведро в колодец стал быстро крутить ворот. Посмотрев на него я неспешной походкой направился к хате, где через пару минут я должен был выложиться весь, объясняя первые поражения Красной Армии и кто как говориться в этом виновен.
Зайдя в хату я к своему удивлению понял что комната просто набита командирами, на переднем месте сидел полковник и старший особист, Рамиль притулился у окна, стараясь казаться незаметным. Среди командиров были преимущественно политработники.
— Давай капитан руби правду матку!- глухо сказал полковник, исподлобья глядя на меня, похоже идея о политинформации не вызвала у него особой радости.
Собравшись с мыслями, я встал у стены, и под десятками глаз, стал рассказывать с чего все началось.
— М-да, слишком ты много знаешь для простого капитана!- задумчиво сказал полковник, остановившись около меня. Допив кружку с водой, горло было совершенно сухое, и поставив его рядом с ведром повернулся к полковнику и пожав плечами, просто сказал, мельком глянув на Рамиля стоящего неподалеку и небрежно наблюдающего за нами:
— Простая аналитика и хороший сбор информации. Ничего сложного.
— Ну-ну, ладно отдыхай пока.
— Товарищ полковник вам доложили уже, что у нас на хвосте висел батальон немцев?
— Да я в курсе, этим вопросом занимается капитан Столбов, посты вокруг деревни усиленны, и высланы парные патрули.
После чего полковник в окружении своей немногочисленной свиты удалился. Посмотрев ему в след, я обернулся к подошедшему Рамилю.
— Язык у тебя подвешен, это не отнять, даже меня пробрала дрожь, когда ты рассказал об этом плане Ост, теперь понятно почему немцы так себя ведут. А вот англичан ты зря приплел, то что в нападении на нас, замешаны их длинные руки.
— Рамиль, то что я выложил, это только вершина айсберга, много я просто не знаю, ну не интересовался я Второй Мировой, а сейчас от этого локти кусаю. Мне только известно, обычный школьный курс, а там все шиворот навыворот, всю историю обос..али. Так что не требуйте от меня много.
— Ладно, да забыл сказать, ночевать будешь с нами.
— Ладно!
Узнав, где находиться медсанбат я направился туда, пора проведать Свету.
После того как я проведал Свету, что заняло почти три часа, я возвращался к хате особистов, покусывая на ходу травинку и вспоминая девушку.
Война меняет характеры людей, и Беляева не исключение, в мирное время она даже не подумала бы затащить меня на сеновал, но не сейчас.
Ей как и мне была нужна физическая разрядка, что мы делали, и до темноты, и после. Вспоминая ее поведение, и отчаянно-испуганные глаза я не стал отказывать, и последовал за ней на сеновал, куда она повела меня за рукав. И если первой начала действовать она, то дальше главенство перехватил уже я. После чего проводил девушку до здания, где был медсанбат, и крепко поцеловав ее, отпустил спать.
Пнув, попавшее под ноги пустую банку, что вызвало недовольство прохаживающего неподалеку часового, я последовал дальше.
— Чего так быстро?- послышался заспанный голос Рамиля. Тихо пробравшись через спящих, я подошел к лавке, где лежал капитан, и сбросив с печки на пол старый полушубок, улегся на него, предварительно сняв ремни и положив их рядом с головой, причем расстегнутая кобура была повернута в мою сторону.
— В смысле?- таким же шепотом спросил я.
— Я думал ты со своей знакомой останешься!
— А, нет, дежурит она, по крайней мере так она мне сказала!
— Ну-ну.
Лежа стянув гимнастерку и скинув сапоги я разложил портянки на полу чтобы они немного просушились, среди того запаха что стоял в хате, мои портянки были почти незаметны. Устроившись поудобней я закрыл глаза, чтобы провалиться в царство Морфея, как голос Рамиля вернул меня к действительности.
— Знаешь, со мной такое в первый раз!
— Что именно?
— Эти два дня. Утром взлетели, оказались сбиты, целый день скитались по лесу, утром освободили пленных, правда случайно, но все же. Потом штурм концентрационного лагеря и бегство от немецкого батальона, штурм деревни и встреча с нашими окруженными частями. Вот! Вот такое у меня в первый раз.
— Хм,… а у меня такое каждый день!- ответил я, и провалился во тьму.
Проснулся я, когда чей-то сапог ощутимо постучался мне в печень. Спросонья крутанувшись, я подмял пинавшего и