Чистильщик

или нет, ему, честно говоря, было наплевать.
Из этого отнюдь не следовало, что Квин не имел собственных жизненных принципов. Напротив, он считал себя патриотом, хотя и не слишком предприимчивым. Возникни у него хотя бы малейшее подозрение в том, что его деятельность приносит вред государству, он тотчас бы поставил на ней точку. Однако за время сотрудничества с Офисом подобные сомнения никогда его не терзали. Поэтому он продолжал работать и получать за свои услуги деньги. И надо сказать, подобное положение дел его вполне устраивало.
Обыкновенно его заработок составлял 30 тысяч долларов в неделю, а задание, как правило, было рассчитано недели на две, но он далеко не всегда был занят в течение всех четырнадцати дней. В среднем ему приходилось выполнять одно поручение в месяц. Из всего этого явствовало, что, не считая премиальных, Квин получал три четверти миллиона в год. А при наличии бонуса мог с легкостью эту сумму удвоить. Недурная, прямо скажем, работенка, если комуто повезет ее получить.
Как только Нейт вернулся, они тронулись в путь. Однако Квин, казалось, не спешил уезжать из штата, потому что сразу же взял курс к центру города.
– Я думал, ты хочешь поскорей убраться отсюда, – удивился его спутник.
– Нужно заскочить коекуда.
Стараниями Питера расследование смерти Таггерта местной полицией было завершено. Но Квина это никоим образом не устраивало. Если за чтото можно было зацепиться, упустить такую возможность он позволить себе не мог. И вообще, бросать работу незавершенной было не в его правилах. Если Питер предпочитал поскорее умыть руки, это было его личное дело.
Местная центральная больница находилась в миле от полицейского участка. Подобно прочим медицинским центрам, она представляла собой скромное, даже по меркам обслуживаемого ею района, строение, а именно: двухэтажное серое здание длиной в небольшой городской квартал.
Квин припарковал машину на полупустой автостоянке. Нейт, отстегнув ремень безопасности, собрался выйти, но Квин его остановил:
– Ты куда?
– Разве ты не хочешь, чтобы я тебя сопровождал?
Прежде чем ответить, Квин на миг призадумался.
– Ладно, можешь пойти со мной. Но при условии, что будешь держать язык за зубами. Понял?
Нейт, улыбнувшись, молча кивнул.
В регистратуре Квин узнал, что кабинет доктора Хорнера находится в морге. Как правило, все, что связано со смертью, повсюду располагается ниже уровня земли. Квин с Нейтом спустились на полуподвальный этаж и по подсказке проходившей мимо медсестры нашли нужный кабинет.
Доктор Хорнер был человеком лет сорока, крупного, но не обрюзгшего телосложения, эдакий слегка подержанный спортсмен из студенческой команды. Он сидел за столом и говорил по телефону. Синяя пластиковая табличка, прикрепленная к лацкану его халата, гласила: «Доктор Шон С. Хорнер».
– Нет, не думаю, – говорил он в телефонную трубку, когда Квин и Нейт вошли.
Доктор приветливо им кивнул и жестом предложил садиться, указав на свободный стул, не сознавая, что тот один, а посетителей двое. Квин не преминул воспользоваться приглашением.
– Нетнет. Остановка сердца, и ничего более, – продолжал Хорнер. – Нет, мэм. Никаких других признаков… Мне очень жаль. Это все, что я знаю. Хорошо. Спасибо.
И доктор положил трубку.
– Страховой агент, – пояснил он. – Очевидно, ищет, за что можно зацепиться, чтобы не выплачивать страховку.
– Кажется, на этот раз ей не повезло, – заметил Квин.
– Я сказал все, что знаю. Но я не могу утверждать то, чего не знаю. – Он протянул руку. – Шон Хорнер.
Квин пожал ее, в свою очередь представившись:
– Фрэнк Беннет. – И, обернувшись к Нейту, добавил: – А это, – он слегка запнулся, – агент Дрисколл.
– Я так и думал, – произнес Хорнер. – Начальник полиции звонил мне. Предупреждал о возможности вашего визита. Чем могу служить, мистер Беннет?
– Вернее сказать, спецагент Беннет.
– Дада. Прошу прощения.
Квин улыбнулся:
– Мы здесь насчет пожара в доме Фарнхэма.
Как выяснилось, сам морг располагался через две двери от кабинета Хорнера. Он тоже оказался небольшим помещением, в котором размещались десять выдвижных ящиков для трупов и один стол для проведения вскрытия.
– К нам редко поступает больше трехчетырех покойников одновременно, – пояснил Хорнер. – Только однажды сюда привезли сразу шестерых. Но это был рекорд в моей практике.
– А сколько трупов у вас сейчас? – спросил Квин.
– Только двое. Один – тот, что вас интересует. Второй – женщина, которая жила на той стороне долины. Уснула на крыльце и свалилась со стула.
Доктор подвел Квина и Нейта к выдвижному ящику в дальнем конце