Чистильщик

воздух над взлетнопосадочной полосой, жара стояла несусветная. Если не считать двухтрех облаков на горизонте, небо было ясным. Перед высадкой Квин огляделся по сторонам. Некоторые пассажиры начали доставать изпод сидений вещи. Он продолжал терпеливо ждать.
Перед отъездом он опустошил свой сейф, забрав из него все содержимое, кроме оружия. Помимо портативного компьютера в нем хранилась добрая дюжина паспортов – американский, канадский, швейцарский, финский, германский, российский – каждый на разные фамилии. Кроме того, множество кредитных карточек, десять тысяч долларов США наличными, флэшкарта на два гигабайта памяти со всякого рода информацией, включая список контактных лиц. Прихватил он с собой также блокнот с многочисленными страницами виз для въезда в различные страны мира. Все хрупкие предметы багажа он сложил в потайное отделение дипломата. Если бы у стойки проверки вещей Квина попросили включить портативный компьютер, его содержимое вряд ли вызвало бы чьелибо подозрение, поскольку выглядело как у типичного бизнесмена. Карты, графики, таблицы и прочая графическая информация, какой бы впечатляющий вид она ни имела, не представляла столь большой важности, чтобы привлечь к себе чьето внимание.
Во время полета в Бангкок Квин, зайдя в туалет, вложил вьетнамские визы в их паспорта, предварительно поставив на них соответствующую дату. Для этой цели у него имелась при себе маленькая, величиной с ладонь, сумка с печатями. Завершив дело, он тщательно проверил, не бросается ли чтолибо в глаза, выдавая подделку.
В Бангкоке, когда им пришлось по вьетнамской визе покупать билеты на дальнейший полет, его уловка сработала. Но там они имели дело с таиландской компанией. Теперь же они были в Хошимине, и им предстояло предъявлять документы самим вьетнамцам.
Квин положил свой паспорт в нагрудный карман рубашки и достал с верхней полки дипломат. Потом вместе с Нейтом присоединился к очереди пассажиров, покидающих самолет.
– Это что, насмешка? – достаточно громко, чтобы Квин мог его услышать, произнес Нейт, когда они подошли к выходу.
За дверью их ожидал не привычный для всякого цивилизованного человека трап, а примитивное древнее устройство – лестница на колесах.
Квин метнул в ученика тяжелый взгляд.
– Прости, – поспешил извиниться тот.
Не говоря друг другу ни слова, они спустились по лестнице и направились вместе с другими пассажирами по бетонированной площадке к таможне. Квин выдал указания:
– Обычно они не спрашивают, но если спросят, то цель нашего приезда – бизнес. Мы ищем возможности инвестирования. Впрочем, я скажу все сам. Тебе лишь следует сохранять серьезный, подобающий истинному бизнесмену вид.
Здание аэровокзала напоминало огромный склад. Старое, обветшалое, похожее на пещеру, с разрастающейся плесенью на стенах, оно не имело ничего общего с глянцем и стилем западных аэропортов.
Сначала прибывшие пассажиры подошли к стойкам проверки паспортов. Стоек было несколько, но работали только две, поэтому к ним выстроились длинные очереди. Для пущей безопасности Квин избрал чиновника с более скучающим видом. Когда их очередь приблизилась, он сунул в паспорт двадцатидолларовую купюру – внушительная сумма во Вьетнаме.
– Нам придется проходить досмотр по отдельности, – бросил он через плечо Нейту. – Постарайся по возможности молчать. Никаких приветствий. Если что не так – подашь мне знак. Я приду и разберусь.
– Хорошо, – пробормотал Нейт.
Квин предпочел бы услышать больше уверенности в его голосе.
Когда подошла очередь, Квин протянул чиновнику свой паспорт. Тот взял его, раскрыл и, бросив мимолетный взгляд на Квина, тотчас сунул двадцатку в карман. Потом окунул резиновую печать в чернильную подушечку и проштамповал одну из страниц. Завершив нехитрую процедуру, молча положил паспорт на стойку. Получив его обратно, Квин почтительно кивнул и прошел вперед.
Удалившись на несколько шагов, он остановился, делая вид, будто чтото ищет в кармане, стараясь не упускать из поля зрения своего младшего товарища. Нейт тем временем передал чиновнику свой паспорт, и тот, казалось, изучал его несколько дольше, чем паспорт Квина.
Взгляд Нейта недвусмысленно свидетельствовал о том, что парень нервничает. Но долго волноваться ему не пришлось. В следующий миг чиновник поставил и в его паспорте штамп, после чего вернул документ владельцу.
Теперь им предстояло так же благополучно миновать таможню. На этот раз Квин пропустил Нейта вперед. Досмотр его сумки не занял и минуты. Столь же быстро прошел эту процедуру и Квин.
Влажное и знойное вьетнамское утро даже в январе было изнуряющим. Едва Квин вышел из самолета,