Он не шпион и не наемный убийца. Он — чистильщик. Джонатан Квин — всего лишь одно из многих имен этого человека, и неизвестно, настоящее оно или фикция. Его задача — тщательно уничтожать все следы операций, проводимых силовыми структурами. Но он не гнушается выполнять и другие, не менее щепетильные поручения. И все у Джонатана Квина шло хорошо, пока в один несчастливый день он не подписался на очередное задание: выяснить истинную причину гибели биолога…
Авторы: Баттлз Бретт
«ЗИГзауэр П226» девятимиллиметрового калибра и три обоймы патронов. Он всегда отдавал предпочтение именно этому виду оружия. Еще раз сунув руку под сиденье, Квин выволок изпод него сумку. В ней находился глушитель, крепящийся к концу пистолетного ствола. Все остальное, что могло ему понадобиться, должен был содержать стандартный набор инструментов, который наверняка лежал в багажнике машины.
Спрятав оружие, патроны и глушитель в бардачок, Квин тронулся с места.
Ночь Квин провел в местной гостинице «Холидейинн», а наутро отправился позавтракать в гостиничный ресторан. Устроившись в отдельной кабинке, заказал себе омлет с колбасой и стал просматривать местную газету.
Она изобиловала множеством всякой всячины, к которой обыкновенно питают интерес печатные издания провинциальных городков. Две заметки на первой странице, в разделе зарубежных новостей: одна из них касалась этнической напряженности в Европе, вторая – продолжающихся беспорядков в Сомали. Немного длиннее оказались горячие новости национального характера, каждая из которых имела продолжение на следующих страницах. К таковым относился вялый судебный процесс, проводимый Верховным судом над группой мошенников в Чикаго. А также основные тезисы предстоящего доклада президента Конгрессу о положении в стране.
Однако большую часть первой страницы занимали вести местного масштаба. Вернее, одна из них. А именно: пожар в доме для отдыхающих Фарнхэма. Здешняя статья вполне соответствовала описанию происшествия, изложенному в задании Квина, и не добавляла к нему ни единого нового факта. Правда, надо отдать должное журналистам: обычная старая информация, переработанная и поданная поновому, чтобы возбудить любопытство местного населения, казалось, и впрямь обрела свежее звучание. Расследователи происшествия называли его несчастным случаем и видели причину в неисправной электропроводке. Как утверждала газета, погиб один приезжий. Если не считать еще нескольких незначительных подробностей, то этим все сведения исчерпывались. Имя Таггерта попрежнему не упоминалось. Квину это показалось несколько странным. И он про себя решил, что к тому, должно быть, приложил свою руку Питер.
Проходившая мимо официантка с кофейником, увидев, что Квин читает статью о пожаре, не упустила случая заметить:
– Ужасно, не правда ли?
Он поднял глаза. Судя по нагрудной табличке, ее звали Минди.
– Вы имеете в виду пожар?
– Да, – ответила она. – Бедняга.
– Вы знали его?
– Нет. Хотя, возможно, он приходил к нам обедать. У нас бывает много приезжих. Еще кофе?
– Да, будьте любезны.
Квин протянул чашку, и она вновь наполнила ее.
– Интересно, была ли у него семья? Жена. Или дети. – Она тяжело вздохнула. – Нет, это ужасно!
– Да, вы правы, – согласился Квин.
Она покачала головой:
– Говорят, несчастье произошло, когда он спал. Должно быть, хороший был человек. Отдыхал в свое удовольствие в отпуске. И вдруг раз тебе – и нет человека.
Она направилась к стойке, по дороге подливая кофе другим посетителям.
«И так всегда», – подумал Квин.
Здание местного полицейского участка располагалось в миле от «Холидейинн». Начальник полиции Джордж Джонсон был тем самым человеком, с которым Квину было предписано встретиться.
Махнув удостоверением сотрудника ФБР перед лицом дежурного сержанта, Квин быстрым и уверенным шагом направился в сторону кабинета начальника полиции. Джонсон встал, как только Квин вошел.
Это был человек высокого роста, который в свое время, очевидно, находился в хорошей физической форме, но несколько ее подрастерял за долгие годы сидячей работы. Его лицо служило красноречивым свидетельством напряженного труда – мешки под хмурыми глазами, тяжелый обвисший подбородок. Однако улыбка у него была искренней, а рукопожатие – крепким. И то и другое, как считал Квин, присуще людям, которые, невзирая на трудности, любят свое дело.
– Агент Беннет, – обратился к нему Джонсон, – не скажу, что мне не привыкать иметь дело с сотрудниками ФБР. Но когдато ведь надо начинать. И сегодня, кажется, мне только этим и приходится заниматься.
Шеф полиции указал на стул напротив стола, и Квин сел.
Интересно, что Джонсон своей последней фразой имел в виду?
Однако Квин счел за лучшее промолчать.
– Чем могу быть полезен? – откинувшись на спинку стула, осведомился начальник полиции.
– Честно говоря, я вовсе не уверен, что вы чемто можете мне помочь, – начал Квин. – Меня привели сюда не официальные обязанности сотрудника ФБР.
В глазах Джонсона сверкнуло любопытство:
– Тогда что?
