Чистильщик

стоящему у стены рядом с диваном. Достал из его ящика нож для вскрытия конвертов и аккуратно вытащил содержимое. Пять листов бумаги. Первые два – карта Берлина. На одном из них был изображен район Мите, в котором находился отель «Доринт». На другом – берлинский район Нойкёльн. Третий лист представлял собой распечатку отправки денег на различные счета Квина. Этим утром он уже успел удостовериться в поступлении части из них. На оставшихся двух листах излагалось подробное описание операции. Последний из них являл собой уменьшенную ксерокопию здания, в котором, судя по всему, предполагалось проведение какогото собрания.
Квин пробежался беглым взглядом по двум последним листам в поисках интересующих его сведений.
– Кажется, Дюк коечто разведал насчет ожидаемой встречи. По его мнению, она состоится во вторник вечером.
– Это его предположение?
– Уверен процентов на девяносто в том, что встреча назначена на вечер вторника, – прочел вслух Квин. – В одном из зданий Нойкёльна.
– Знает ли он какиенибудь имена игроков? – спросила Орландо.
– Отчасти. Некто РБО из Южной Африки. Да и то под вопросом.
– Странно.
– Не говори.
– И ни слова о Борко? – продолжала расспрашивать Орландо.
– Ни слова, – подтвердил он, еще раз пробежавшись глазами по листку с описанием задания.
– Не исключено, что Пайпер заблуждался.
– Все может быть.
Квин молча прочитал небольшой абзац послания.
– Дюк хочет прокатиться со мной к месту встречи сегодня днем.
– В котором часу?
– В четыре.
– Послушай, могу я вернуться в номер? – взмолилась Орландо. – Пока окончательно не обморозила себе задницу.
– Да, конечно. И сразу же электронной почтой отправь мне фотографии. Я не прочь взглянуть на них, прежде чем отправиться на свидание с Дюком.
– А может, ты сам зайдешь и посмотришь на них? А заодно прихватишь для меня большую чашку кофе?
Квин про себя улыбнулся. Кажется, холодный климат Берлина смягчил сердце Орландо.
– Не забудь послать фотографии. А кофе тебе принесет Нейт.
– Ненавижу тебя, – выпалила она.
– Это я уже слышу от тебя не в первый раз.

Дюк прибыл к отелю «Доринт» на «мерседесе»седане, когда на часах было десять минут пятого.
– Рад вновь тебя видеть, Квин, – произнес он, когда тот сел в машину.
– Ты ничуть не изменился, – улыбнулся Квин.
И это была чистая правда. Дюк не скинул ни единого фунта с тех пор, как они виделись в последний раз.
Дюк, рассмеявшись, нажал на газ, и машина тронулась с места.
– Как дела? – осведомился он. – Все в порядке?
– Да, – ответил Квин.
– Тебе пришлось лететь издалека?
– Как вы живете при такой погоде? – спросил в свою очередь Квин, пропустив вопрос Дюка мимо ушей.
Тот вновь залился раскатистым смехом.
Встреча, назначенная на вторник, предположительно должна была состояться в старом пустующем заводском здании берлинского района Нойкёльн. Оно стояло на мощенной брусчаткой улице, в квартале от Шандауэрштрассе. Дюк остановил «мерседес» в конце улицы и дал Квину небольшой бинокль.
– В здании есть какаянибудь охрана? – осведомился Квин, прежде чем поднести его к глазам.
Дюк улыбнулся:
– Да, один охранник – у переднего входа, второй – у заднего.
Квину показалось, что у Дюка с тех пор, как они не виделись, еще больше усилился акцент, в котором угадывались то ли чешские, то ли какието другие интонации. Причем Квин подозревал, что английский, на котором они между собой общались, был родным языком Дюка.
– Тот, который дежурит у главного входа, обычно сидит в машине возле ворот.
Квин поднял бинокль к глазам и взглянул в указанном направлении. В самом деле, неподалеку от входа стоял видавший виды «вольво». Сидящий в авто мужчина, как казалось со стороны, читал газету.
– В здании ктонибудь есть? – продолжал задавать вопросы Квин.
– Насколько я мог определить, никого, – ответил Дюк, пожав плечами. – Но кто его знает?
Здание было обнесено кованой оградой шести футов высотой. Дюк сообщил, что ворота запираются на засов и открываются внутрь. Здание имело четыре этажа, включая чердак, и было скорее вытянуто в высоту, чем в длину. Его фасад был облицован темнокрасным кирпичом с примесью бетона. Приблизительно через каждые три фута вдоль торца здания ровными рядами располагались высокие узкие окна, обрамленные выкрашенными в синий цвет металлическими рамами.
Когда Квин с Дюком подошли ближе, то смогли разглядеть на стенах следы от пуль, сохранившиеся со времен взятия Берлина в конце Второй мировой войны.
– Только не обольщайся насчет кирпичной