Чистильщик

кладки, – предостерег Дюк. – Под ней бетонный слой добрых полметра толщиной.
– Где находится нужное нам место? – спросил Квин.
Он тщательно изучил светокопию плана, но надеялся получить от Дюка более подробную информацию.
Тот указал на югозападный угол здания:
– Здесь. Вход с противоположной стороны. Добрых две трети свободного пространства, ограниченного сверху только чердаком. Высота – четыре этажа. Приблизительно двадцать метров в длину и столько же в ширину.
– Немалое помещение.
– Когдато в нем стояли станки. А теперь пусто. С задней стороны дома есть лестница. На каждом этаже располагается по две комнаты. Одна из них размером шесть на восемь метров. Другая – десять на двадцать.
– И каждая из них используется?
– Не думаю. Скорее всего, только те, что находятся на первом и втором этажах. – Дюк запнулся. – Прости, я забыл, что ты американец. На втором и третьем этажах.
В Европе так называемым первым этажом назывался не тот, который находился на уровне земли, а следующий за ним. Но Квин и сам уже понял, что Дюк имел в виду.
– Ты уверен, что это то, что нам надо? – спросил он.
– Да, – ответил Дюк. – Чердак занимает огромную площадь. Покрывает сверху все здание. Но насколько я мог заметить, пустует без дела. Я бы не советовал тебе туда забираться. Много лет назад мне довелось однажды оказаться внутри. Но даже в те далекие времена чердачный пол находился в весьма плачевном состоянии. Провалишься – падать придется долго.
– А как насчет подвала?
Дюк покачал головой.
– Там я ни разу не был, – признался он.
На копии плана подвал был изображен в виде единого просторного помещения. Больше ничего на нем не значилось.
– Когда, потвоему, мне будет лучше проникнуть внутрь?
– Сегодня. Если ты готов. Чем ближе день намеченной здесь встречи, тем сложнее будет это осуществить. Таково мое личное мнение. Может, я не прав?
– Прав. Одного не могу взять в толк. Как туда попасть?
Дюк улыбнулся. Сунул руку в карман, что стоило ему немалых усилий, и выудил оттуда блестящий ключик.
– От главного входа, – прокомментировал он. – К счастью, Берлин теперь мой родной дом. Теперь я тут каждую собаку знаю, – пошутил он. – Твоя команда в сборе?
– Да.
– Можно полюбопытствовать, кто такие?
– Я возьму этот ключ с собой, – сказал Квин, вновь пропустив вопрос Дюка мимо ушей.
Тот отдал его Квину.
– Как ты собираешься пройти мимо охранника, не вызвав у него подозрений?
– На этот счет можешь не беспокоиться.
Квин напоследок взглянул на здание в бинокль и вернул его Дюку.
– Все рассмотрел? – спросил тот.
Квин ненадолго остановил взор на доме и кивнул:
– Пока все.
Квин попросил Дюка подбросить его до Шарлоттенбурга, сказав, что для выполнения задания ему нужно прихватить с собой коекакие инструменты. На самом же деле он преследовал совсем другую цель. Для начала он пересел на другую линию. Проехал несколько станций и вышел на «Берлинерштрассе». Окинул быстрым взглядом окружающую обстановку, проверяя, не увязался ли за ним ктонибудь. Слежки не было.
Потом сделал пересадку на другую линию и проехал в северном направлении до станции «Курфюрстендамм»,

вышел и еще раз огляделся. И вновь не заметил ничего подозрительного. Поднялся наверх и, слившись с толпой, полчаса прогуливался по улице, делая вид, что разглядывает витрины магазинов, а на деле беспрестанно наблюдая за тем, что происходит у него за спиной. Удостоверившись наконец, что хвоста нет, Квин сел в такси и приехал обратно в Мите. Попросил водителя остановить машину в двух кварталах от отеля и отправился туда пешком.
Дверь в номер он открыл своим ключом. Нейт сидел на диване и смотрел телевизор. При появлении Квина он вскочил как ошпаренный, схватил пульт управления и убавил громкость. Орландо же и не думала отводить взгляд от монитора компьютера.
– Что новенького? – спросила она, не оборачиваясь.
Квин в двух словах изложил суть дела.
– И все же прямой связи с ликвидацией Офиса я пока не вижу, – заключил он.
– Что еще ты узнал?
Квин покачал головой:
– Почти ничего. Поскольку Офис ни разу не был упомянут, у Дюка возникло подозрение, что именно вокруг него и возникла вся заваруха. Уверяет, что «нутром это чует».
– О Борко он тоже ничего сказал? – поинтересовался Нейт.
– Ничего. Но я и не спрашивал. Большинство людей трепещут от страха, только услышав его имя. Поэтому я боялся, что Дюк может неожиданно сделать ноги. Так или иначе, но нам сейчас без него не обойтись.
На журнальном столике рядом с Нейтом стояла бутылка воды.
– Еще будешь пить? –