Чистильщик

сказать, но Квин его оборвал:
– Тихо.
Дюк повиновался. Квин отпустил его волосы и направил свою руку туда, где только что шарил ею толстяк. И выудил пистолет. «Глок».
Квин сунул его себе в карман.
– Еще оружие есть?
– Нет, – ответил Дюк.
Квин сильней прижал нож к его горлу.
– Нет, – повторил Дюк. – Больше ничего нет.
– На стул, – приказал Квин.
Он убрал нож и позволил Дюку сесть. На лбу толстяка выступила испарина. Напротив стоял журнальный столик. Сбросив кипу лежащих на нем журналов на пол, Квин устроился на краю.
– На кого работаешь?
– Тебя это не касается.
Квин повел ножом:
– Учти, глупо с твоей стороны упираться. Я сегодня малость не в себе. И могу сорваться с катушек в любой момент.
– Борко, – быстро сказал Дюк.
– Только Борко?
Дюк с нервозностью поглядывал на нож.
– Я только с ним поддерживаю связь.
– А как же Даль?
– Это имя мне ничего не говорит.
– Господи, до чего я терпеть не могу, когда ты лжешь.
– Я не лгу.
Квин поднес нож ближе.
– Ладно. Ладно. Слыхал я это имя. Он както раз звонил Борко, когда я с ним встречался. Это все.
Квин продолжал молча сверлить его взглядом.
– Клянусь, это все.
– Тогда давай потолкуем о нашем объекте. Как теперь его используют?
– Думаешь, они мне об этом сказали? – вопросом на вопрос ответил Дюк. – Борко даже внутрь меня не пустил.
– Я был бы последним глупцом, если бы в это поверил. Борко в этих краях чужой. Ему нужен человек из местных. Тот, кто хорошо знает город и может все устроить. – Квин указал острием ножа на Дюка. – Это ты. Поэтому хватит вешать мне лапшу на уши, будто ты ничего не знаешь.
– Я тут никто, Квин. Внештатный сотрудник. Такой же, как ты. И только. – Акцент Дюка кудато подевался. – Борко ничего мне не рассказывал. Да, я предоставил им собственность. И не отрицаю. Но что они там затеяли, даже понятия не имею.
– А ты пошевели мозгами. Может, коечто и вспомнишь. То, о чем Борко, возможно, прямо и не говорил. Может, коечто ты подслушал или просто домыслил сам.
Дюк молчал, но но выражению его глаз Квину было понятно: тот чтото недоговаривает.
– Что там происходит?
Дюк сначала колебался, потом всетаки произнес:
– Это всего лишь мои догадки.
– Хорошо, пусть будут догадки.
– Им нужно было вывести из игры Офис. Не знаю зачем. Этим делом занялся Борко. Полагаю, он работает на когото из Офиса.
– На кого именно? На Питера?
Дюк ничего не ответил.
– Ну, хорошо, – продолжал Квин. – А при чем тут я? Ведь я даже не являюсь сотрудником Офиса.
Дюк колебался.
– Ну? – подтолкнул его Квин.
– На тебя особый заказ.
– Особый заказ? Меня както выделили?
– Видишь ли, это все, что я слышал. Клянусь, больше ничего не знаю.
Квин помолчал, переваривая слова Дюка. Специальный заказ? Может ли это быть правдой? Если даже и так, это почти ничего не объясняет. Не дает ответа на то, что происходит.
– Что они собираются делать? – спросил Квин.
– Я уже тебе все сказал.
Одним резким движением Квин рубанул ножом по уху Дюка. По толстой шее потекла кровь.
– Что за черт? – выругался тот, инстинктивно хватаясь рукой за рану.
– Какую они ведут работу?
– Я же сказал, что…
Нож вновь пришел в движение.
Дюк умоляюще выставил перед собой ладони:
– Постой. Ладно. Я коечто подслушал. Но понятия не имею, что это значит.
– Говори.
– Просто какаято аббревиатура.
Дюк закрыл глаза, как будто пытаясь вспомнить.
– Какие именно буквы?
– Погоди секунду! – в отчаянии вскричал Дюк. – Кажется, «М». «МКМО»… или «МКПО»… Нет, не «МК». «МО»… «МОПМ». Да, точно. «МОПМ».
– Что это значит?
– Понятия не имею.
– Лжешь.
– Не знаю!
– Тогда что ты знаешь?
Толстяк опустил голову и ничего не ответил.
– Что? – повторил Квин.
– Только название. Раньше я его не слышал.
– Что за название?
– Кампобелло.
Квин прищурился: он сразу уловил связь.
– Должно быть чтото еще, – настаивал он.
– Нет, – ответил Дюк. – Больше ничего.
Квин придвинул нож еще на дюйм ближе.
– Клянусь. Это все. Больше я ничего не слышал.
– Маловато ты мне поведал, не так ли?
– Я сказал тебе все, что знаю.
– Сомневаюсь. Где можно найти Борко?
– Никогда не виделся с ним дважды в одном и том же месте. Первым всегда звонил он. Потом мы встречались. В ресторане. В баре. Гденибудь еще. Ума не приложу, где он может обитать. Скорее всего, на том самом объекте. Полагаю, он должен там объявиться.
Квин думал об этом и сам. Он вперил в толстяка пронизывающий взгляд, пока тот, не выдержав, не отвел