Чистое небо

наползал туман.
Едва мои ноги коснулись земли, как пронзительно завибрировал ПДА, предупреждая о многочисленных контактах. Сомнений не оставалось – наверняка меня брали в кольцо бандиты.
Я торопливо упал в пожухлую траву и перевел ПДА в режим детектора. Отдышался и неуверенно достал бинокль. Сквозь туман, высокую траву и низкий кустарник было мало что видно, но главное я разглядел – основные постройки уцелели после Выбросов, а это значит, будет где скрыться. На Темной долине я бывал, и не раз, поэтому расположение основных зданий знал неплохо. Другое дело, что все это было до Большого Выброса, когда Зона навсегда изменила привычный облик. Кто знает, что ждет меня в тумане в обычно спокойных местах?
Убрав бинокль, я медленно пополз в сторону старой АЗС, подле которой навсегда застыла красная, больше от ржавчины, чем от краски, пожарная цистерна. Рядом с ней стояло двухэтажное здание – видимо, диспетчерская – там я и планировал укрыться.
С каждым преодоленным метром количество окружавших меня бандюков неумолимо росло. Но самым смешным было то, что я не видел и не слышал ни одного из них. А затем мне стало не до смеха. Прямо в диспетчерской отчаянно замигала отметка нейтрала – ПДА работал с включенным ответчиком. Нейтрал не двигался, но и сигнала о помощи не подавал. Неужели ловушка? Тем не менее выбора не оставалось. Ползти на стройку, что высилась напротив АЗС, совсем не хотелось – еще до Выброса ее облюбовали бандиты матерого уголовника по кличке Боров. А у них особый счет к таким, как я. Было время, и мы, обычные одиночки, провели мастерскую операцию по выдавливанию бандитов со Свалки. Там Борова и подстрелили. Пуля вошла ему в скулу и разворотила лицо так, что ни один пластический хирург не справится. К несчастью, бандит выжил, но жуткий шрам через все лицо ясно напоминал, что у всех бывают несчастливые дни.
ПДА снова завибрировал, на сей раз оповещая о почте. «Милитари, сталкер Семецкий, аномалия „электра“. Вот те раз. Давненько такого не было. Я остановился и мучительно задумался, к чему это. Обычно все говорили, что получить сообщение о смерти Семецкого – к удаче. Но я сам видел немало ребят, которые спустя миг после сообщения получали пулю в голову или попадались в невидимые лапы аномалий. Вот и думай. Немного утешало то, что бандюки наверняка тоже получили подобное сообщение и сейчас тоже гадают, к чему оно.
До диспетчерской оставались считаные метры, и я рискнул. Встал в полный рост и, легко перескочив через бетонную ограду, оказался во дворе АЗС. Справа у выломанной входной двери была лестница на крышу. По ней я и взлетел. Упал, прислонившись к парапету – если бандюки вздумают швырнуть гранату, будет хоть небольшой шанс, что уцелею, – и, держа лестницу на прицеле, снова взглянул на ПДА. Нейтрал был совсем рядом, наверное, на втором или первом этаже. И все так же не двигался. Что же происходит?
И тут рядом с ним начали проявляться отметки покойников. Ну, не совсем так. Просто заработали ответчики ПДА уже умерших сталкеров. После смерти хозяина они дают в эфир последнее сообщение и переходят в режим ожидания, пока поблизости не окажется другой ПДА. При появлении нового они включают маяк, сигнализируя: «Мы тут, но хозяин убит». Я насчитал порядка восьми мертвых сталкеров, все они лежали плотной кучей, а в центре тот самый нейтрал. Что он забыл среди жмуриков?
Двенадцать контактов. Из них один нейтрал. Остальные – бандиты. Я чуть высунулся из-за парапета и осмотрелся. Стройка – какое-то административное здание с гаражами – темнела впереди, едва виднеясь из надвигающегося тумана. А в траве подле диспетчерской из тумана проступили фигуры бандитов. Все они лежали. В самых разных позах, но явно были живы. Странно, но я не видел у них оружия.
И тут снова завибрировал ПДА, сообщая о почте и данных с детектора. Я все-таки сперва открыл сообщение. «Темная долина, сталкер Антон Лысый, кровосос». Стало плохо. Дрожащими пальцами нажал клавишу детектора. Твою… отметка нейтрала исчезла, а вместо нее появилась новая. Мертвеца…
Логово. Теперь все стало на свои места. Диспетчерская была логовом кровососа. Куча трупов – его обеденный стол. Одиннадцать бандюков поблизости – кладовка с продуктами на будущее. И я в самом центре.
Я поднялся в полный рост – опасаться, что подстрелят, было уже бессмысленно. Кровосос не подпустит к логову никого. Наверняка и на стройке давно ни души, и Боров уже откинулся, скорее всего, в той же куче валяется. Одного я не понимал: почему кровосос подпустил меня так близко?
Чуть в стороне в крыше была ровная квадратная дыра. Я осторожно подошел и глянул вниз.
Прямо подо мной лежала какая-то бесформенная груда. Это были мертвецы. Те самые жертвы кровососа. На миг меня привлекло