Кэти Гроувз – симпатичная молодая девушка – привыкла плыть по течению и принимать жизнь такой, какая она есть. У нее хороший характер, много друзей – и вот подруга приглашает ее провести лето в Италии. Кэти с восторгом принимает предложение, даже не подозревая, какие водовороты и стремнины ждут спокойное течение ее жизни. Любовь, страсть, ненависть, презрение, зависть, ревность… и снова любовь. Вечная и прекрасная, как солнце Италии!
Авторы: Мэй Сандра
отвлечься, Кэти принялась вполголоса напевать старую английскую колыбельную.
Спи, моя розочка алая!
Месяц качнет колыбель.
Спи, мое дитятко малое,
Страшным же сказкам не верь.
Дом охраняют два Брауна,
Кот и два белых щенка.
Спи, моя розочка алая…
Последняя строчка никак не желала вспоминаться, и Кэти нахмурилась. Что-то не то с ней творится, невозможно так уставать, если пеленки стирают другие, обед на всю семью готовить не надо, и даже гулять малышку выносят либо Алессандро, либо Ромео… Собственно, Кэти только кормит малышку, спит, ест и пьет… и пьет…
Травяной чай для прихода молока прописал доктор Сантуццо. Пахнет он приятно – хотя Кэти предпочитает старый добрый английский чай с молоком…
Чувствуя, что глаза снова закрываются, Кэти отнесла малышку на столик, перепеленала ее и осторожно уложила в колыбель. Потом оставила дверь открытой и вышла к себе в спальню – здесь окно было раскрыто настежь.
Она повалилась на широкую мягкую кровать – и тут же заснула мертвым сном.
Потом, вспоминая и переосмысливая все произошедшее, Кэти поняла, что спас ее именно этот крепкий сон – с полудня и до заката. Если бы она опять попыталась бороться с сонливостью, все могло обернуться куда серьезнее. Атак…
Она еще не до конца проснулась и довольно смутно понимала, что^происходит. Кажется, ей снился кошмар – а как еще назвать сон про Лучиану, которая на цыпочках входит в комнату, подходит к кувшину с травяным чаем и вливает туда что-то из темного пузырька… Ну бред же? Лучиана – змея, но не Лукреция Борджиа.
Потом раздалось кряхтение малышки, и Кэти торопливо слезла с кровати, чувствуя слабость во всем теле. Дверь в детскую оказалась закрыта – странно, ведь она оставляла ее распахнутой настежь…
Она открыла дверь – и обомлела. Лучиана держала Кларибель на руках и пыталась кормить из бутылочки. Сон с Кэти как рукой сняло.
– Что ты делаешь, черт бы тебя побрал?!
Лучиана вздрогнула, но быстро овладела собой, положила малышку в колыбель и повернулась к Кэти с прежней змеиной ухмылкой.
– Учусь замещать тебя, дорогая. Ведь скоро, очень скоро ты переедешь совсем в другой дом – а я займу твое место.
– Что ты несешь, гадюка?!
– О, это будет чудесный дом, милый дом, уютный дом. Там все стены и даже пол выложены мягким войлоком, там добрые доктора и заботливые медсестры, там ты сможешь спать сколько угодно…
– Лучиана, ты ненормальная. Я все расскажу Алессандро и Франческе, и если ты не уберешься отсюда… Тогда уеду я с Кларибель.
– Зачем же с Кларибель? Она чудесная девочка, мне всегда хотелось иметь такую дочку. О, я одену ее как принцессу, я буду ласкать и баловать ее, она вырастет настоящей красавицей и будет звать меня своей милой мамочкой…
– Пошла вон отсюда! И если войдешь еще раз – я убью тебя, клянусь.
Лучиана пожала плечами и вышла, сильно толкнув Кэти в плечо. Та не обратила на это никакого внимания, подбежала к колыбели и с тревогой вгляделась в личико дочери. Кларибель таращила голубые, еще младенческие глазенки и пускала молочные пузыри. На вид с ней было все нормально, но Кэти больше не собиралась спускать все на тормозах. Она позвонила и, когда пришла Кьяра, приказала глаз не спускать с девочки. Кьяра неистово перекрестилась и пообещала стоять насмерть – после чего рассмеялась, но Кэти ее не поддержала.
Ярость захлестывала ее словно огненная река. Она сбежала по лестнице и ворвалась в гостиную, где сидели и негромко разговаривали Алессандро, Франческа – и Лучиана. Лица у Алессандро и его матери были мрачные и озабоченные, у Лучианы – испуганное.
Кэти не стала тратить время на светские условности. Вытянула палец и рявкнула:
– Сандро, пусть она убирается из дома – или уйду я!
Лучиана всхлипнула.
– Вот видите? Я пойду, пожалуй, не стану ее раздражать…
Она торопливо выбралась из гостиной, а Алессандро поднялся и направился к Кэти.
– Милая, тебе надо успокоиться. Присядь, выпей с нами чаю или кофе. А хочешь, Микеланджело принесет тебе сок…
– В который вы опять подмешаете какую-нибудь гадость? О, конечно! Как я сразу-то не поняла! Это был никакой не сон!
Алессандро и его мать обменялись быстрыми взглядами, потом Алессандро снова обратился к Кэти, непривычно тихо и даже чуть… подобострастно.
– Милая, мы же все понимаем. Ты очень устаешь, роды дались тебе нелегко… позволь нам помочь тебе?
– Сандро! Перестань гулить, как влюбленный голубь, и выслушай меня! Лучиана подливала мне в чай какую-то дрянь – поэтому я все время хочу спать, поэтому и малышка после кормлений спит как убитая! Лучиана сумасшедшая – а вы не хотите этого видеть!
Франческа
