Что скрывал покойник

о том, что ему часто приходится поднимать нешуточные тяжести. Неужели его на самом деле звали Старина Мундин? Старший инспектор записал его имя, решив навести справки.
— Да, месье Мундин?
— Я слыхал, что Люси не было с Джейн, когда она умерла. Это правда?
— Да. Насколько я понимаю, это очень необычно.
— Вы чертовски правы, приятель. Она везде ходила с этой собакой. И ни за что не отправилась бы в лес без Люси.
— Для защиты? — спросил Гамаш.
— Нет, просто так. К чему держать собаку, если не берешь ее с собой на прогулку? Причем это первое, что следует сделать с утра, когда пес хочет на улицу, чтобы сделать свои дела. Нет, сэр. Это странно и непонятно.
Гамаш повернулся к аудитории.
— Может кто-нибудь из вас назвать причину, по которой Джейн оставила Люси дома?
Вопрос произвел на Клару должное впечатление. Здесь, перед ними, стоял возглавлявший расследование человек, старший офицер Службы общественной безопасности, и ему было интересно их мнение. Произошел внезапный переход от скорби и пассивного наблюдения к активному участию. Теперь это стало «их» делом.
— Джейн могла оставить ее дома, если бы Люси заболела или у нее началась течка, — выкрикнула с места Сью Уильямс.
— Правильно, — поддакнул Питер, — но у Люси не бывает течки, она стерилизована и здорова.
— Может, Джейн увидела охотников и оставила Люси дома, чтобы они не подстрелили ее по ошибке? — предположил Уэйн Робертсон, но тут у него начался новый приступ кашля, и он опустился на свое место. Его супруга Нелли ласково обняла его, как если бы ее прикосновение могло победить болезнь.
— Но, — продолжал задавать вопросы Гамаш, — могла ли она пойти в лес одна, чтобы прогнать охотника?
— Запросто, — ответил Бен. — Она уже поступала так раньше. Помните, пару лет назад она поймала… — Он оборвал себя на полуслове и покраснел.
В зале послышались неуверенные смешки и перешептывание. Гамаш вопросительно приподнял бровь и замер в ожидании.
— Это был я, как всем хорошо известно. — Со скамьи поднялся мужчина. — Меня зовут Маттью Крофт.
Ему было лет тридцать пять, как прикинул Гамаш, среднего роста, крепкого телосложения, ничем не примечательной внешности. Рядом с ним сидела стройная, напряженная и взбудораженная женщина. Имя мужчины показалось старшему инспектору знакомым.
— Три года назад я незаконно охотился на землях, принадлежащих Хедли. Мисс Нил заговорила со мной и попросила меня уйти.
— И вы ушли?
— Да.
— Как вы вообще там оказались?
— Моя семья живет здесь уже сотни лет, и нас воспитывали на том, что во время охотничьего сезона права частной собственности не существует.
— Это неправильно, — донесся голос из задних рядов.
Бювуар торопливо делал записи в своем блокноте.
Крофт повернулся лицом к оппоненту:
— Это ты, Анри?
Анри Ларивьер, скульптор и художник по камням, величественно поднялся на ноги.
— Меня так воспитали, — продолжал Крофт. — Меня учили, что я имею право охотиться там, где пожелаю, поскольку само выживание напрямую зависело от того, сколько мяса удастся заготовить в сезон.
— Существуют продовольственные магазины, Маттью. Или они для тебя недостаточно хороши? — негромко поинтересовался Анри.
— ИГА, «Провиго»!

— послышались выкрики с мест.
— И я, — добавил Жак Беливо, владелец местной бакалейной лавки, которую он предпочитал именовать универсальным магазином.
В зале раздался дружный смех. Гамаш не вмешивался в происходящее. Он наблюдал, слушал и смотрел, чем все закончится.
— Да, времена меняются, — вынужден был согласиться раздосадованный Крофт. — В этом действительно больше нет необходимости, но это хорошая традиция. И правильная философия, когда сосед помогает соседу. Я верю в нее.
— Никто не сомневается в этом, Матт, — сказал Питер, выходя вперед. — И я думаю, тебе не стоит оправдывать себя или свои действия, особенно учитывая тот факт, что все случилось много лет назад.
— Ему придется объясниться, мистер Морроу, — Гамаш вмешался в разговор, и в этот момент Бювуар передал ему записку. — Вероятнее всего, Джейн Нил убил охотник, незаконно находившийся на земле, принадлежащей мистеру Хедли. Любой, кто когда-либо был замешан в чем-то подобном, обязан дать объяснения.
Гамаш бросил взгляд на записку. Печатными буквами Бювуар написал: «Навоз швырял Филипп Крофт. Сын?» Гамаш сложил записку в несколько раз и сунул ее в карман.
— Вы по-прежнему охотитесь там, где вам заблагорассудится?
— Нет, сэр, не охочусь.
— Почему?
— Потому