Линия жизни Виктора Северова уже не кажется простой и предсказуемой, как раньше. Куда она его ведёт и куда выведет? От школьного фестиваля к новому витку противостояния с международными террористами и атаке очередного Ангела. От ответов на старые вопросы к новым загадкам прошлого, настоящего и будущего. Линия жизни прихотливо тянется вперёд.
Авторы: Сергей Ким
только это самое время у нас всех было. А так, глядишь, из Рин может получиться если уж не отличный солдат, но хороший ученый точно.
– Вот! – поднял я вверх палец. – И вот мы подходим к еще одной возможной подоплеке войны – стремление к славе. Вариант, когда есть в достатке все необходимое, но хочется еще и быть известным и знаменитым.
– Начинать войну только ради того, чтобы тебя запомнили? – слегка нахмурилась Уранами. – Разве это оправданно?
– На мой взгляд – нет, – вздохнул я. – Но результат ведь налицо – империя Александра Македонского пала сразу же после его смерти, а мы до сих пор его помним… Хотя я и считаю, что развязывать войны ради того, чтобы просто прославиться, – это категорически неприемлемо. А ты как думаешь, Рин?
– Я с тобой согласна, – решительно кивнула девушка, и я мысленно поставил себе еще один плюсик. Вылепить из еще не до конца сформировавшейся личности милитариста и бойца, одновременно прививая ненависть к войне и понимание того, что насилие следует использовать лишь только в самом крайнем случае, – задача не из легких. Я к такому мировоззрению пришел самостоятельно, но с течением времени, а у Уранами этого самого времени как раз и нет – ее нужно вводить в строй как можно скорее…
– Это хорошо, – подмигнул я Рин. – Но из этого всего мы вынесем еще один вывод, уже чисто рациональный – всегда важно вовремя остановиться и не пытаться, образно говоря, откусить больше, чем сможешь прожевать за раз. Атака, выполнение поставленных задач, закрепление успеха и уже только после – новое наступление…
Рин чтото записала у себя в тетради – хорошо всетаки, что она левша, а то ведь ее правая рука все еще в гипсе.
* * *
И такие беседы повторялись раз за разом.
– Агрессия – удел слабых, – вдохновенно вещал я, вспоминая все, что могло пригодиться в текущей ситуации. – Слабость у, гм, слабых духом порождает именно агрессию, через которую они и пытаются самоутвердиться в жизни…
Боже, что я несу! Хорошо еще, что вовремя одумался и не ляпнул чтонибудь вроде «сублимировать комплексы» – меня же Рин просто не поймет!..
– Здесь какоето противоречие, – заметила Уранами. – Если агрессию проявляет слабый, то как он вообще может победить?
– Парадокс, однако, – слегка рассмеялся я, лихорадочно пытаясь найти выход из собственноручно поставленного логического капкана. – Но… Побеждает ведь не только более сильный, но и более умный или хитрый. Нанесенный в нужном месте и в нужное время удар может свалить любого противника…
* * *
Передо мной лежит все та же «Всемирная история войн», на этот раз открытая на странице с описанием Древнего Рима.
– Крайне важна инициатива – тот, кто навязывает свою волю противнику, обычно и побеждает. Есть большая разница между тем, вынужден ли ты отвечать на удар или первым идешь в нападение. Тот, кто нападает, обычно всегда имеет преимущества в праве выбора места атаки, средствах и силах. Ганнибал сумел навязать Риму войну именно на своих условиях, высадившись в тылу врага, и римляне утратили инициативу…
– Но ведь это было очень рискованно, – заметила Рин. – Его армия была не подготовлена к переходу через горы и понесла большие потери. Какаято авантюра.
Хе, уже и мои словечки начинает использовать…
– Рискованно, – согласился я. – Но этот риск был вполне оправдан, все потери Ганнибала – просто ничто по сравнению с обретенным результатом… И отсюда мы получаем еще один пункт, который необходимо запомнить, – нужно уметь оценивать степень риска и быть готовым идти на него. А также, если необходимо, то на крайний случай и приносить в жертву себя или других…
* * *
– Тесно построенная и зажатая с флангов и центра римская армия утратила боевой порядок и возможность сражаться. А затем началось ее истребление, продолжавшееся около двенадцати часов, вырваться из котла удалось очень немногим. В итоге в битве при Каннах римляне оказались полностью разгромлены и потеряли до семидесяти тысяч солдат убитыми, среди которых оказались и два из трех высших командиров. Ганнибал отделался, по сути, только легким испугом – шесть тысяч убитых… Итак, какой можно сделать вывод исходя из результатов этого сражения?
– Карфагенская армия победила благодаря превосходству в тактике, – быстро отбарабанила Уранами. С каждым днем ее познания в области военного искусства и истории стремительно прогрессировали, и пусть многое для нее еще оставалось непонятным (вроде системы власти в Древнем Риме или различий в отдельных видах оружия), но основные пункты Уранами усвоила хорошо.
– Именно! – хлопнул я кулаком правой руки по раскрытой левой ладони. – Ганнибал переиграл римлян еще до боя! Просчитал противника заранее и выработал нужную
