Линия жизни Виктора Северова уже не кажется простой и предсказуемой, как раньше. Куда она его ведёт и куда выведет? От школьного фестиваля к новому витку противостояния с международными террористами и атаке очередного Ангела. От ответов на старые вопросы к новым загадкам прошлого, настоящего и будущего. Линия жизни прихотливо тянется вперёд.
Авторы: Сергей Ким
так и сверкают, так и сверкают… Изза смещения земной оси Япония оказалась теперь ближе к экватору. Хорошо еще, что в Форте было не так уж жарко. Видимо, сказывалась близость большого озера, да и океан находился недалеко… По всему городу хватало парков и прудов, что, видимо, тоже смягчало жару.
Я невольно прищурился и лишь спустя некоторое время смог смотреть нормально. Уранами, с ее природной бледностью, ожидаемо оказалась более уязвима к солнечному излучению. С ее правого глаза недавно сняли повязку, теперь его в течение нескольких дней нужно было оберегать от яркого света. Я покосился в сторону Рин.
Девушка часто моргала, было видно, как заслезились ее глаза, и Рин даже остановилась, пытаясь хоть немного прийти в себя от последствий световой атаки и привыкнуть к новым условиям освещения…
Я хмыкнул и начал расстегивать портфель.
То, что Уранами доставляет дискомфорт яркий свет, я заметил еще вчера и коекакие шаги по улучшению ее положения уже предпринял…
– Держи, Рин, – я протянул девушке небольшие узкие солнцезащитные очки.
Она неловко заслонилась от солнца здоровой рукой и удивленно посмотрела на меня.
– Очки? Но я хорошо вижу.
– Вот в этомто и вся загвоздка, – заметил я, продолжая копаться в портфеле. – Я смотрю, у тебя повышенная чувствительность к свету, а эта штуковина хоть немного, но облегчит твое положение.
Уранами нерешительно взяла очки, надела их, на секунду замерла, а затем повернулась ко мне. По ее лицу пробежала тень удивления, Рин произнесла:
– Спасибо, Синтаро. Так действительно намного лучше.
Я наконецто достал из портфеля то, что хотел, – вторую пару очков, точно такую же, как и у Рин. С довольной рожей натянул их, аккуратно поправил указательным пальцем на носу и повернулся к девушке.
Вид у Рин был… непривычный. Но забавный.
– Агент Уранами, идемте, – слегка приподнял я бровь. – Нас ждут великие дела.
– Синтаро, а зачем и ты надел очки? Ведь у тебя же нет… чувствительности к свету, как у меня.
– Гм… – я задумчиво посмотрел на Уранами. Блин, изза темных стекол теперь же не видно глаз Рин, и еще меньше понятны ее текущие эмоции… Зараза.
– Скажем так, мне тоже не слишком комфортно ходить, постоянно щурясь от света, – произнес я. – Ну и пока тебе с этими гипсами и повязками неудобно носить нормальную форму, это еще и будет являться нашим отличительным знаком. Пускай у всех элитных боевиков КРАФТ будут черные очки: у меня – уже есть, у тебя – есть, у Мэнэми – свои… Ну что, пошли? А то еще в школу опоздаем…
– Идем, – кивнула Рин. – А почему ты назвал меня агентом? Я же не агент, я пилот.
Уранами, скажи спасибо, что я еще не ляпнул «агент Смит», вспомнив легендарную «Матрицу», – ты бы меня тогда вообще не поняла бы…
– Да это так, – отмахнулся я. – Шутка юмора… Неудачная. Была.
– Шутка? – в своей обычной манере переспросила Уранами.
Таак… Похоже, намечается очередной сеанс игры «объясни простыми словами все на свете»…
* * *
В классе было на удивление шумно, но весь шум перекрывал мощный и звонкий голос старосты, когото распекающей в пух и прах.
Мы с Рин вошли и остановились около входа. Картина открывалась презабавнейшая.
– КОНЕВСКИ! МАЛОЛЕТНИЙ ИЗВРАЩЕНЕЦ! ТЫ ОПЯТЬ ЗА СТАРОЕ?! – гремела Хираки, ловко держа Айку за ухо. Тот отчаянно пытался вырваться, но, похоже, у старосты имелся большой опыт в деле поимки строптивых нарушителей…
– Что за шум, а драки… – начал было я. – А, смотрю, уже и драка есть. Что стряслосьто?
Рядом от стены отлип Тодо, с мрачным видом держащийся за голову.
– А ты послушай, тут все понятно и так, – хмуро изрек Судзуки.
Я прислушался повнимательнее… А ведь и правда.
– ЕСЛИ! ТЫ! ЕЩЕ! РАЗ! УСТАНОВИШЬ! СВОЮ ГАДСКУЮ КАМЕРУ В НАШЕЙ РАЗДЕВАЛКЕ! Я ТЕБЯ К ДИРЕКТОРУ САМОЛИЧНО ОТВЕДУ! – Каждое свое слово Хираки подтверждала энергичным встряхиванием несчастного Айку, пока тот отчаянно защищал от деструктивных поползновений старосты свою любимую камеру.
– Староста! Честно слово, это не я! Ты же знаешь, я больше с этим дел не имею!..
– А КТО ТОГДА?!
– О как… – задумчиво уронил я, сдвигая очки на лоб и быстро подмигивая Тодо, затем понизил голос: – А как насчет…
– Уже, – лаконично ответил Судзуки, отнимая руку от головы.
– Дела… – протянул я, задумчиво почесывая подбородок и глядя на опухшее и покрасневшее ухо Тодо. – А я?
– Вне подозрений.
– Как же вы так, братцы ?…
– На продаже фоток погорели, – печально вздохнул Судзуки. – Покупатель был засланный – перед старостой в долгу…
– Ну, у вас тут и интриги! – рассмеялся я. – Как будто фильм про полицию и мафию смотришь!
– Тебе смешно, Син, а староста
