Линия жизни Виктора Северова уже не кажется простой и предсказуемой, как раньше. Куда она его ведёт и куда выведет? От школьного фестиваля к новому витку противостояния с международными террористами и атаке очередного Ангела. От ответов на старые вопросы к новым загадкам прошлого, настоящего и будущего. Линия жизни прихотливо тянется вперёд.
Авторы: Сергей Ким
плече автомат стволом вниз, один из них. Я механически пробежался по нему взглядом – молодой парень лет двадцати, русоволосый, сероглазый, на погонах звездочки старшего лейтенанта.
Не сразу до меня дошло, что со мной впервые за уже очень долгое время говорят на моем родном языке.
– Командир, да он же по нашему не кубатурит, наверное! Попробуй на инглише , – подал реплику другой солдат.
– Я… Я вас понимаю… – хрипло ответил я. – Меня… Раниро немного…
Хм, а отсутствие языковой практики и постоянные разговоры на японском сделали свое черное дело – на своем же родном языке я уже начал говорить с вполне заметным акцентом, хотя и все так же четко.
– О, ни хрена себе! – удивился один из солдат оцепления. – Понимает, самурай! А я думал, они тут вообще по человечески не говорят…
– Макс, заткнись, быстро, – резко осадил товарища парень, говорящий со мной.
– А че я такого сказал то?
– Не понял? Ладно, вернемся на базу я тебе, мля, популярно и доходчиво объясню. Лучше перевяжи его нормально, пока крафты не приехали – нам полумертвый пилот на хрен не нужен.
Подошел боец с медицинской сумкой и быстро осмотрел меня.
– Артем, тут все нормально, пацан себя грамотно перевязал.
Значит, этого молодого командира зовут Артем…
Отчегото резко захотелось курить, хотя я этой вредной привычкой никогда особо и не злоупотреблял.
– Сордаты … – подал голос я. – Есть сигарета?
Макс, что осматривал меня пару минут назад, нахмурился.
– Слышь, пацан, тебе сколько лет? Не рано тебе будет, а?
– Макс, не гони. Сам, что ли, на хрен, спортсмен? Дай парню сигарету, не жмоться, – ему сегодня можно. У меня кореш на «девятке» стрелок , – Артем мотнул головой в сторону барражирующих «крокодилов». – И этот пацан его, получается, спас.
– Э э… Ну, извини тогда, командир, не знал , – виновато пожал плечами Макс. – На, держи, братан.
Я непослушными пальцами достал из протянутой мне белокрасной пачки армейского «Перекура» сигарету, засунул ее себе в рот, крепко прикусив зубами фильтр. Щелкнул дешевый пластиковый «крикет», я подкурил и глубоко затянулся.
Непривычные к табаку легкие Младшего обожгло горечью, но я всетаки не закашлялся. По телу пробежала легкая дрожь, в голове зашумело, а зрение внезапно обострилось – какоето влияние никотина на сосуды, что ли…
Я устало привалился к стенке контактной капсулы и уставился в небо, неторопливо затягиваясь. Отчего меня начало клонить в сон…
Нормально я сегодня, в принципе, сработал. Вроде бы остановил Мусаила без особых человеческих жертв, а город… А что город? ООН даст деньги – отстроим, не впервой…
Главное, что я выжил и убил Апостола.
Это не радость и не удовлетворение, а просто усталость и констатация факта… Боже, как же я сегодня устал! Отдохнуть, я хочу отдохнуть…
И с этой мыслью я отключился.
Конец первой части
Просыпался я медленно.
Сон не торопился отпускать меня из своих объятий, и очень хотелось понежиться хоть ещё немного… Впрочем, это состояние довольно быстро прошло и снова впадать в длительную спячку меня уже не тянуло. Так что решил я всётаки открыть глаза.
Передо мной обнаружился один уже далеко не незнакомый потолок – похоже, я опять лежал в больничной палате лазарета НЕРВ. Лежать, кстати, было несколько некомфортно. Нет, вроде бы и тепло, и мухи не кусают, но всётаки… А одеяле, что ли, всё дело? Тонкое это, блин… Нет, тёплое оно и хорошее, но уж слишком лёгкое – к таким я всё никак привыкнуть не могу. Память о больших, тяжёлых и тёплых ватных одеялах была слишком крепка – гдето на подсознательном уровне я всегда
