Линия жизни Виктора Северова уже не кажется простой и предсказуемой, как раньше. Куда она его ведёт и куда выведет? От школьного фестиваля к новому витку противостояния с международными террористами и атаке очередного Ангела. От ответов на старые вопросы к новым загадкам прошлого, настоящего и будущего. Линия жизни прихотливо тянется вперёд.
Авторы: Сергей Ким
Чисто навскидку здесь сейчас было собрано никак не меньше нескольких тысяч рабочих.
Особняком от всех стояли сотрудники НЕРВа, возящиеся с убитым Ангелом. Место его «лёжки» было наглухо окружено колючей проволокой и заграждениями, в оцеплении стояли солдаты японской (вроде бы) армии при поддержке лёгкой колёсной бронетехники. Наши же «умники» одетые в рабочие комбинезоны оранжевой расцветки суетились прямо около туши Самсиила – интересно, они что, прямо здесь и решили начать исследования Ангела? Странно…
– Мисато, а почему эту дрянь до сих пор отсюда не убрали? Или его прямо здесь будут изучать?
– Синдзи, – усмехнулась девушка. – Сколько весит твоя Ева?
– Грубо – полторы килотонны.
– Вооот!.. А эта тварь в два раза больше Юнита01, и чтобы поднять в воздух такую тушу одного оказалось мало…
– Одного кого? – нахмурил брови я.
– А вот его, – указала Кацураги подбородком на чтото за моей спиной.
Я повернулся и…
Следующие минуты три я просто трёхэтажно матерился в пространство, не в силах отвести своего взгляда от ЭТОГО. Слава богу, Мисато не понимала насколько страшные и неприличные пожелания я отпускаю в адрес неназванной персоны, потому как ругался я исключительно на русском. Хотя капитан как разтаки отлично понимала, что я сейчас матюкаюсь матюками на какомто другом языке, но русские и немецкие ругательства она между собой всё ещё различала очень слабо. Что, впрочем, не мешало ей ехидно хихикать.
– Твою мать, что это за хрень?!
– Лейтенант, с выражениямито потише! – прикрикнула на меня командир.
– Да как тут потишето… – пробормотал я…
…глядя на то, как в небе над Токио3 бесшумно плывут две самые настоящие летающие тарелки огромных размеров – метров триста в диаметре, не меньше, с тонкой сужающейся к концу кромкой диска и массивной выпуклостью в нижней части аппарата. «Брюхо» тарелки была серостального цвета, а вот верхняя напротив производила впечатление исполинского зеркала – так ярко она блестела на солнце.
– Мисато, что это за ерунда? – уже болееменее спокойно спросил я, всё ещё не отводя взгляда от неопознанных летающих объектов в небе над Японией. Раз воздушной тревоги нет, значит, это какието наши…
Кацураги хитро улыбнулась.
– Не знаешь?
– Нет, – сразу же сдался я. – Но это явно не боевая техника, иначе я бы уже дал ответ.
– Верно, – кивнула Мисато. – Это два первых серийных дирижабля для транспортировки сверхтяжёлых грузов типа Евы по воздуху.
– Вот же ничего себе… – почесал я затылок. – Это что же, специально для Евы эдакую штуку придумали? Однако…
Вот тебе, бабушка, и Юрьев день… То есть, вот тебе Виктор и средство транспортировки Евангелионов по воздуху… Так что если здесь нет непонятных треугольных транспортников, это ещё не означает, что зиэлевцам не с чего будет высаживать серийников тебе на голову. Понастроят тоже вот таких вот тарелокдирижаблей и устроят тебе «Конец Евангелиона»…
– Ну, вообщето нет, – призналась девушка. – Мы эти две тарелки реквизировали уже готовые – первоначально они разрабатывались для транспортировки мобильных буровых вышек…
– Дела… – в своей обычной манере протянул я. – Так вот чем мою Еву с поля боя убирали и в этот раз, и в прошлый? А я даже и не знал…
– А ты и не спрашивал, – заметила Кацураги. – Хотя мог бы – сразу же понятно, что обычным краном Евангелион не подцепишь и к эвакпункту не оттащишь.
– Ладно, будем считать, что это мой промах, – хмыкнул я. – Вот только как вы даже с помощью двоих дирижаблей утащите Ангела?
– А вот это мы сейчас и посмотрим, – озабоченно произнесла Мисато, наблюдая, как тарелки зависают над тушей Самсиила.
…В общем, я не пожалел, что соизволил вытащить в свой законный выходной собственную задницу из дома.
Шум разбираемых завалов стих, а по всему городу опять взвыли сирены. Пространство вокруг лежащего Ангела быстро очистилось – без лишней суеты большая часть простых рабочих и солдат отошла на почтительное расстояние. Возле поверженного Ангела остались лишь только спецы из научного отдела НЕРВ со своим оборудованием.
Дирижабли неторопливо проплыли прямо над моей головой, чётко выдерживая дистанцию между собой. На несколько томительных минут для меня словно бы погас солнечный свет – это нас накрыло тенями исполинских летательных аппаратов. Приложив ладонь ко лбу, я вгляделся в дирижабли повнимательнее.
Стало хорошо понятно, что у аппаратов есть и перед, и зад – это помогли определить шесть огромных винтовентиляторных установок в кольцевых обтекателях, установленных на небольших мотогондолах в одной из оконечностей дирижабля. Ещё какието движки, по всей видимости, маневровые – были установлены и в других частях воздушного корабля. Всётаки
