Чтобы выжить. Пенталогия

без неё было никак – городто после битвы требовалось восстанавливать. Честно говоря, у меня мурашки по спине бежали от тех картин, что я наблюдал за окном. Огромные котлованы от выстрелов Ангела и взрывов шестидюймовых снарядов; здоровенные, в десяток метров высотой, груды металла и бетона вместо зданий. Колоссальные выбоины, оставшиеся после моей Евы – верхний слой асфальта был буквально содран, а бронеплита под ним сильно промята. Дааа… Полторы килотонны, носящиеся по городу на двух ногах – это вам не шутка и не игрушка; порушили мы с Ангелом немало…
Те здания, что были повреждены, но всё же не рухнули, выглядели откровенно жутко – пробитые насквозь выстрелами из лучевой пушки, оплавившиеся, словно свечи или покрытые трещинами и готовые в любой момент рухнуть. Такие объекты явно подлежали не ремонту, а исключительно уничтожению.
Чем уже, собственно говоря, начали заниматься – мощные краны разбирали здания на отдельные модули, а в самых критичных случаях здания просто подрывали. Несколько раз за поездку я видел, как почти безо всякого шума, за какихто пару секунд, многоэтажки рушатся отвесно вниз, а на их месте встаёт исполинское облако пыли.
– Синдзи, а почему ты в бою ослушался приказа? – в своей всегдашней манере совершенно неожиданно задала вопрос Аянами.
– Вотвот, Синдзи, – ехидно поддакнула Мисато. – А вот объясника Рей, почему ты ослушался моего приказа? Посмотрим, будешь ли ты так же убедителен, как на Трибунале… Эй, ты тормоз! Езжай уже, кому говорю! Чего? Да пошёл ты сам, урод!..
Последние реплики относились уже не ко мне – Кацураги изволила ругаться с какимто замешкавшимся водителем.
– Ну, значит так…
Я извернулся на переднем сиденье, чтобы видеть лицо Аянами, сидящей позади.
– Тут такое дело, Рей…
Вкратце пункты своей защиты, уже практически выученные наизусть.
–…В концеконцов сидеть гдето там вдали и быть в самом эпицентре сражения – это немного разные вещи…Даже, пожалуй, не немного, а совершенно. Да и к тому же, я просто чувствовал, что нужно поступать так, и не иначе.
– Ты разграничиваешь понятия чувствовать и думать? – перебила меня Первая.
– Разумеется, – удивился я. – Ход мыслей почти всегда потом можно восстановить и объяснить, что послужило причиной того или иного решения, а чувства – это совсем другое. Их невозможно просчитать или объяснить, им просто нужно довериться… Если только ты, конечно, уверен, что можешь их правильно расшифровать. Как оказалось, я свои чувства расшифровал правильно, иначе бы сейчас не сидел и не говорил с тобой.
– А разве чувства нельзя объяснить? Ведь объяснить можно всё.
– Не всегда, Рей, не всегда… – покачал головой я. – «Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам…» Это я так, книжку одну в тему вспомнил. Просто наука ведь не всесильна – мне вот только вчера доктор Акаги расписалась в собственном бессилие объяснить, что такое Ангел…
– То есть как? – удивлённо подняла брови Первая. Мой, кажется, жест скопировала опять же… – Ведь доктор Акаги такая умная, столько всего знает…
– И тем не менее, – пожал я плечами. – Есть вещи, перед которыми пасуют самые умные люди, и оказывается бессильна вся человеческая наука… Так что доверяй себе и своим чувствам, Рей, если не будешь в чёмто уверенна, а разум не сможет подсказать верный путь.
– Хорошо, Синдзи, – кивнула Аянами. – Я запомню и подумаю над этим…
Краем глаза я заметил крайне странный взгляд командира, брошенный на меня, но не придал этому значения.
* * *
Я вместе с Рей сидел в кабинете Кацураги, ожидая, пока она не вернётся от командования и не расскажет нам о результатах переговоров относительно того, можно ли будет Аянами присоединиться к делегации или всё же нет.
Первая скромно уселась на один из стульев для посетителей, а вот я, недолго думая, залез прямо в командирское кресло и с комфортом устроился в нём. Высокая спинка, колёсики – благодать!.. Ещё бы не было так тесно у Патрона в кабинете, обязательно впал в бы ребячество и покатался…
Преодолев соблазн полазить по ящикам стола, я решил посмотреть лежащие на столе бумаги. Ничего интересного в них не оказалось – отчёты, постановления, распоряжения, списки… Такое ощущение, что это документация не оперативного отдела военизированной научной организации, а какойнибудь средней руки фирмы. Хотя что, собственно говоря, я знаю о деятельности таких оперативных отделовто, а?
Бюрократия, бюрократия… На каждом шагу эта самая бюрократия, и иначе никак! В сериалето, кажется, всего лишь пару раз упоминалось, что Мисато пришлось заниматься разбором различного рода жалоб на причинённый в результате боя ущерб. Тут же, похоже, Кацураги занималась такой волокитой постоянно