Линия жизни Виктора Северова уже не кажется простой и предсказуемой, как раньше. Куда она его ведёт и куда выведет? От школьного фестиваля к новому витку противостояния с международными террористами и атаке очередного Ангела. От ответов на старые вопросы к новым загадкам прошлого, настоящего и будущего. Линия жизни прихотливо тянется вперёд.
Авторы: Сергей Ким
графика занятий и тренировок под сканер приходится лезть в выделенное на восстановление сил время. Типа, всё равно лежать буду, так пускай тогда буду лежать с пользой для науки…
Время от времени приходится сидеть в Еве01, закреплённой в тестовом ангаре с откаченной охладительной жидкостью, и пытаться на минимальной мощности воспроизводить все особенности обращения с АТполем в бою. Развёртывание, реконфигурация в выбранных проекциях, формирование управляемых потоков… Любимый вопрос Рицко теперь – «Как ты это делаешь?» Да если бы я только знал… Делаю, и всё тут. Может быть, просто ВЕРЮ, что могу проводить такие манипуляции, вот и получается? Всётаки это поле Абсолютного Страха ктото, помнится, называл светом души, а значит, оно напрямую связано со мной на какомто уровне…
Хе, а вот Акаги пока что ничего толкового добиться не может, отчего разве что собственный халат не грызёт (вот же прилипла эта кацурагинская фраза…). Непонятны ни причины повышенной регенерации, ни факт установки сверхмощного АТполя и его нетипичного применения. И я уже молчу про то, что металлокерамическая броня на боку моего Юнита01 заросла без посторонней помощи вместе с раной. После такого не только халат, армейские ботинки без соли сгрызёшь…
…Внезапно я хлопнул по правому карману брюк, резко остановился и выругался.
Тьфу, ты! Бумажник забыл у Рицко в кабинете, когда переодевался! Нет, вот что за память… Там же у меня всё – и немного наличности, и карточка, и пропуск, и электронный ключ от дома… Етить твою налево! Ладно, сейчас вернёмся…
Круто развернулся через левое плечо и бодро зашагал к кабинету Акаги, непроизвольно пытаясь чеканить шаг. Жаль лишь толстая резиновая подошва берцев не производит никакого шума – тут не то что громко чеканить шаг, даже щёлкнуть каблуками не выходит.
Подошёл к двери в кабинет, совмещённый с лабораторией, где проходят все мои обследования. Занёс руку, чтобы вежливо постучаться, мельком отметив, что вроде бы прикрывал дверь, когда уходил, а тут щель…
– Семпай, вот – вы просили.
Хм, Майа? А! Наверное, как раз она дверь и не закрыла – вроде бы есть у Ибуки такая мания…
– Данные о Пилотах?
– Да.
Я замер, полностью обратившись в слух. Пришлось изо всех сил напрячься в попытке услышать тихие голоса Акаги и Ибуки.
Чёрт, интересно, что там про нас говорятто!
– Карты психологической устойчивости Икари и Аянами?
– Да, семпай.
– Отлично… Ну, и как дела наших Пилотов?
– Просто замечательно, семпай. Похоже, что идея с досрочным прекращением курса приёма подавляющих препаратов действительно себя оправдала…
По моему лбу скатилась капля ледяного пота.
Какие ещё препараты?!
– Хм… Устойчивость Аянами всётаки возросла?
– Да, семпай! И значительно – почти до четырёх и шести пунктов!
– Ого! Действительно много… Хотя я бы не была так уверена, что это только изза прекращения приёма препаратов.
– А… Что вы имеете в виду?
– Есть у меня версия, что здесь ещё и влияние Икаримладшего…
– Синдзи? Но каким образом он…
– Он заботится и опекает Рей, словно младшую сестру – постоянно носится с ней, вертится вокруг неё, заботится… Причем речь явно идет не о какойто увлеченности или влюбленности – Синдзи относится к этому необычайно серьёзно. Впрочем, как и ко всему вообще.
– Хм… Похоже это действительно даёт результаты – устойчивость Рей стабильно растёт, её гармоники приближаются к доактивационным значениям… У неё даже появился подлинный интерес к обучению и тренировкам.
– В общем, Командующий как всегда оказался прав.
– Командующий Икари?
– Да. Именно он намекнул мне, что влияние Синдзи на Аянами может быть весьма нам полезно…
– А откуда…
– Он же Командующий, Майя. Он знает всё, – усмехнулась Акаги. – Кстати, эти лентяи всётаки составили полную психограмму Икаримладшего или опять ограничились общими выводами?
– Нет, в этот раз вроде всё в порядке… Вот, держите.
– Сейчас… Ага… Ага… Так. А вот это уже очень занятно…
– Что такое, семпай?
– Майя, ты видела, какой у Синдзи уровень психологической устойчивости?
– Шесть и два пункта, кажется?
– Шесть и три десятых, если быть точным… Ты понимаешь, что это значит?
– Честно говоря, не очень… Я ведь не вы, во всех науках сразу не разбираюсь…
– Какие твои годы, Майя, – усмехнулась Рицко. – Ещё успеешь. А на счёт вопроса… Вот, смотри, ты свою устойчивость знаешь?
– Ну, да – четыре и один, елееле порог преодолела…
– Да, для обычного персонала порог составляет четыре пункта, для Пилотов – четыре с половиной, технические руководители и оперативники – пять… Ладно, дальше – не важно.
– А что же здесь тогда важно, семпай?
– А то,
