Линия жизни Виктора Северова уже не кажется простой и предсказуемой, как раньше. Куда она его ведёт и куда выведет? От школьного фестиваля к новому витку противостояния с международными террористами и атаке очередного Ангела. От ответов на старые вопросы к новым загадкам прошлого, настоящего и будущего. Линия жизни прихотливо тянется вперёд.
Авторы: Сергей Ким
заботиться. Можно, например, ужин приготовить. И описание было с фотографиями…
Я открыл рот. Постоял так секунд пять. Закрыл рот.
– Ннравится? – запнувшись, спросил, внимательно глядя на Рей.
– Да, – пожала та плечами.
– Это я, что ли?
– Да.
Мляааааа… Виктор, молодец, блин. Подверг заботе и «разморозил», называется… Вот теперь сиди и пожинай плоды… Вот только бы не первая влюблённость, только бы не она, мать её так…
– А… почему? – глупо спросил я.
– Мне… приятно твоё общество, – после некоторого раздумья ответила Рей. – И ведь ты тоже обо мне заботишься, значит, я тебе тоже нравлюсь. Или нет?
Трындец… А ведь всё логично, блин… Нет, не так – блииин…
– Ну, да… – промямлил я, чувствуя, как отчаянно забегали глаза, избегая останавливаться на Рей. Паника, блин, паника…
– Ведь это же – дружба, так? Я ничего не путаю?
Фууу… Какой груз с души свалился…
Как же иногда хорошо, что Рей пока что слабо разбирается в тонкостях человеческих отношений… С ее стороны высказываемое имеет только одно значение, без двусмысленностей и намёков. Нравится Аянами моё общество – она так и скажет. Посчитает, что нужно проявить ответную заботу, значит, так тому и быть…
– Конечно, мы – друзья, – растянул я губы в улыбке. Тут глаз зацепился за одну вещь… – Рей, а что у тебя с рукой?
Аянами подняла левую руку с забинтованным большим пальцем. Слегка покрутила ею в воздухе.
– Порезалась, когда… готовила… ужин…
Рей запнулась. В её глазах промелькнула почти что настоящая паника, и Первая бегом рванула на кухню. Я помчался следом за ней.
В дверь мы протиснулись одновременно.
Мать моя женщина, отец мой прокурор!..
Я в ужасе оглядел то, что ещё недавно являлось кухней, а нынче представляло собой небольшой филиал Ада в Токио3. Густой дым вырывается из духовки, электроплитка залита чемто жидким и напрочь пригоревшим. Повсюду громоздятся тарелки и сковородки, повидимому, с результатами предыдущих попыток… Неудачных попыток. Стол завален какимито ошмётками (иначе и не скажешь) овощей и мяса… Блин, техногенная катастрофа – впору Шойгу вызывать…
– Плохо, – поджав губы, нахмурилась Рей.
Я быстро выхватил у Первой из рук полотенце, открыл дверцу духовки (фу, дымищато…) и начал доставать обуглившееся нечто…
Ай, чёрт! Горячо! Ептыть… Что это? Гм, похоже на головешки…
– Кажется, в таких случаях принято говорить scheisse, – задумчиво произнесла Аянами.
* * *
– А что это хоть былото? – поинтересовался я, рассматривая глубокое блюдо с напрочь спекшейся массой неопределённого состава. Положил его на кухонный стол, рядом со злополучным журналом, открытым на странице с какимито кулинарными рецептами. По привычке хотел было усесться на стол, но оценив его чистоту и чистоту моих камуфляжных шорт, передумал и сел на стул.
– Мясная запеканка, – флегматично ответила Рей, открывая окно для проветривания задымлённого помещения. Смирившись с полным провалом миссии, она впала в меланхоличное спокойствие.
Нашёл кухонный нож, поковырялся в том, что задумывалось как запеканка. Нашёл пару болееменее съедобных частей, попробовал.
– Разве это можно есть? – нахмурилась Первая, внимательно глядя, как я пытаюсь жевать этот ужас.
– Ну… – промычал я, пытаясь справиться с комковатой массой, здорово напоминающей по консистенции подошву. – Добавить соевый соус, рисовый гарнир, хлеб…
Да кого я обманываю? По вкусу это тоже была подошва.
Както на пробу грыз собственный ботинок, так что знаю, о чём говорю– «тот самый вкус, тот самый чай…»
– Если честно, то не очень, – сделав могучее глотательное движение, заявил я. – Есть только в самый голодный год.
– Плохо, – погрустнела Аянами.
– Да ладно тебе! Мисато всё равно ещё хуже готовит, даже если у неё ничего не пригорает, – рассмеялся я.
– Правда? – удивилась Рей.
– Правда, правда, – заверил я Первую. – Будет чтонибудь предлагать из собственноручно приготовленного – лучше не ешь. ОЧЕНЬ плохо на вкус.
Сущая правда, товарищи! Недавно вот у Кацураги внезапно вышел из тысячелетнего анабиоза инстинкт домохозяйки, и она попыталась приготовить лапшу с овощами и мясом, присовокупив к этому счастью соус собственного приготовления.
Как я тогда бегал и сколько воды выпил!.. Острое, неимоверно жгучее, да ещё и с какимто сладкоприторным привкусом… Фууу! Мисато тогда от меня ой как наслушалась относительно своих кулинарных и боевых способностей. Фактически я их уравнял и причислил майорскую кулинарию к оружию массового поражения. Кацураги на критику смертельно обиделась и дулась потом, ну просто очень долго… Полчаса гдето.
– Приму к сведению, – кивнула Аянами. – Жаль, что не получилось
