Линия жизни Виктора Северова уже не кажется простой и предсказуемой, как раньше. Куда она его ведёт и куда выведет? От школьного фестиваля к новому витку противостояния с международными террористами и атаке очередного Ангела. От ответов на старые вопросы к новым загадкам прошлого, настоящего и будущего. Линия жизни прихотливо тянется вперёд.
Авторы: Сергей Ким
стрелков, ей не подходили. Впрочем, на Западе такими вопросами, в отличие от наших, всегда озадачивались, так нужно было только переставить рукоять затвора на левую сторону в спецмастерской. Всётаки же снайперка, а не обычный автомат, и в полевых условиях в её внутренностях копаться не рекомендуется.
– …Неплохо! – удивлённо прицокнул языком Ларри, когда я в первый раз пришёл на занятия с ним, таща за спиной свой собственный АК74М. – «Калашников»? У тебя он какой – двести двадцать третьего или триста восьмого?
– Двести двадцать третьего – у нас тут других не достать.
– А у меня триста восьмого – он получше будет. Я с Месопотамии зарёкся с малокалиберными игрушками дело иметь, и вообще с нашими стволами, – заявил инструктор и добавил. – С американскими, в смысле.
Как мне было известно, сержант Лоуренс О’Брайан до службы в Конторе был бойцом американской армии. Хотя, судя по фамилии и рыжей шевелюре, он был явно из потомков ирландских иммигрантов. Хм… Вообщето в Штатах каждый второй, не считая каждого первого, откудато приехал.
– Ты был в Ираке? Ну, или что там ещё было из стран раньше… – заинтересовался я.
– Да так, пока в армии служил, задницу на базе просиживал, – отмахнулся инструктор и указал подбородком на мой автомат. – А что, тут такие игрушки выдают, что ли? Почему я не знаю?
– Не, тюнинг лично мой, – слегка прихвастнул, чего уж там.
– Серьёзно, – присвистнул Ларри. – А нука покажи мне, как ты можешь управляться с винтовкой! Ты вообще хоть с ним обращаться умеешь?
– Обижаешь, инструктор, – наигранно обиделся я. – Конечно, не рейнджер, но на уровне среднего стрелка территориальной армии коечто можем…
Подошёл к огневому рубежу на полигоне, где мы когдато всем отделом сдавали нормативы по стрельбе. Залёг, принял нужную позу, снял автомат с предохранителя, покрепче упёр приклад в плечо и поймал в рамочку коллиматорного прицела первую ростовую мишень, совмещая красную прицельную точку с центром фигурного щита.
Короткими очередями, патрона на тричетыре, расстрелял с полдюжины мишеней. Воздух прочертили дымные полосы трассирующих пуль, которые я зарядил на самое дно магазина. Старая уловка, чтобы в пылу боя засечь, когда у тебя подходят к концу патроны в рожке…
Быстро сменил магазин, благо они были скреплены попарно специальными клипсами – при желании и наличии специального разрешения в местных оружейных магазинах можно было найти всё что угодно. И никаких вам кустарных приёмов со спичечными коробками и знаменитой синей изолентой…
Расстрелял второй магазин и добил все оставшиеся на стрельбище мишени. Поставил «калаш» на предохранитель, поднялся с земли, отряхнулся и повесил автомат за спину.
– Неплохо, неплохо, лейтенант, – ухмыльнувшись, пару раз хлопнул в ладоши Ларри. – Для среднего стрелка действительно нормально, но для пилота Евангелиона, я так думаю, маловато будет… Кстати, про фокус с трассерами откуда знаешь?
– Да в книжке читал одной, – стандартно пожал я плечами.
– Хорошие книжки теперь, однако, в школе проходят! – расхохотался О’Брайан. – Чего ещё там вычитал? Чего ещё знаешь?
– Нууу… – почесал затылок. – В теории знаю, какой стороной ставить «клейморы»
и что землю на позиции гранатомётного расчёта лучше перед выстрелом полить водой. Опять же в теории могу приготовить примитивный напалм из бензина и средства для мытья посуды, а также сделать минувьетнамку
и направленный фугас в снарядной гильзе. Очень сильно в теории. Так, что ещё? Ну, если засечён блик, то стрелять нужно чуть правее и выше – снайпер будет там. А если ты сам снайпер, то нужно ранить одного бойца противника, а потом ждать, когда его попытаются вытащить товарищи… Короче, куча всяких несистематизированных и чисто теоретических знаний.
Ларри задумчиво взъерошил свои короткие рыжие волосы.
– Книжки, ага… – хмыкнул инструктор. – Я бы сказал, что такие знания впору диверсанту или террористу, причём довольно неплохо обученному, а не подростку, читающему книги… Да фиг с ним, даже для пилота Евангелиона это… необычно. Слушай, это не с тобой, часом, я в Ираке воевал? А то уж больно похожи методы…
И вроде в шутку это сказал, а вот глаза серьёзные.
– Ты там когда воевал? – поинтересовался у Ларри.
– Со вторжения и по восьмой год.
– То есть мне тогда было от пяти до семи лет, – быстро посчитал я. – И не стыдно ребёнка бояться, а?
– Сдаюсь, сдаюсь! Уел! – рассмеявшись, поднял О’Брайан руки вверх в притворном испуге. – Так, ну с тяжёлым вооружением болееменее теперь понятно… В каких направлениях работать – ясно…
