Линия жизни Виктора Северова уже не кажется простой и предсказуемой, как раньше. Куда она его ведёт и куда выведет? От школьного фестиваля к новому витку противостояния с международными террористами и атаке очередного Ангела. От ответов на старые вопросы к новым загадкам прошлого, настоящего и будущего. Линия жизни прихотливо тянется вперёд.
Авторы: Сергей Ким
теперь связаны.
Он меня поймёт, верю, что поймёт. Я родился не в своём времени – мне больше бы подошло Средневековье или Античность, когда честь и доблесть были куда большим, чем просто словами. Он поймёт меня, этот генерал, ему это не чуждо, в отличие от многих.
– Ты не лжёшь – я вижу это, – тяжело уронил японец. – Ты тоже чужак, но ты можешь понять нас – это хорошо. И ты можешь вспомнить и показать другим, какими мы были прежде.
Окружающее пространство начало таять и растворяться в густой пелене тумана.
– Вспомни. Покажи. Мы сделали ошибки – не повтори их. У тебя уже есть знамя, просто разверни его. Найди свой путь, только не забывай прошлого.
Вокруг больше ничего не было – ни неба, ни земли, только лишь туман… И голос:
Враг не разбит, и значит, я не погибну в бою.
И буду рождён еще семь раз,
Чтобы взять в руки нагинату…[103]
И словно помимо воли из моей груди вырвался ответ:
…И семь раз погибнуть,
Сражаясь за Императора[104].
Как оказалось, просто так подарить мне меч было нельзя, ибо он являлся частью культурного и исторического наследия Японии. Нет, об обратном ходе речи даже и не шло, просто мне пришлось подписать несколько бумаг и уже только потом забирать сингунто в своё единоличное владение.
В комплекте к нему мне чуть попозже доставили классическую деревянную подставку для катаны, но так как офицерский меч не носился в комплекте с более коротким клинкомвакидзаси, сингунто пришлось быть в гордом одиночестве. Другим немаловажным предметом оказалась внушительного вида официальная бумага синего цвета, удостоверяющая, что по общепринятой в Японии классификации это – «очень важный меч», являющийся «достойным элементом культуры». А это вам, между прочим, не хухрымухры – обычным штамповкам такое не полагалось. Сингунто Курибаяси – это меч с огого! какой историей, ибо был родовым клинком, переоформленным под общеармейский стандарт. Генералто ведь у нас был из самурайского рода, многие сотни лет служившего вассалом старинного клана Санада, так что просто по определению не мог иметь меч без истории или выкованный какимнибудь малоизвестным мастером…
Хотя какая, в сущности, разница, кто делал этот сингунто? Мне было гораздо важнее, кто им ВЛАДЕЛ. Небеса и подземелья, если бы раньше ктонибудь сказал, что в мои руки попадёт самый настоящий клинок самого настоящего генерала времён Второй Мировой, являвшегося исторической личностью, ни за что бы не поверил! И по барабану – японский это генерал или русский. Честный, храбрый, умелый? Ну и всё – большего не надо. Нет, конечно же, ТТ Жукова (или что там у него было?) или «вальтер» Роммеля было бы заиметь гораздо лучше… Хотя такой меч – это, наверное, всё же на порядок круче. От такого наградного оружия у меня разве что слюни не текут, а ведь мне его теперь, вообщето, даже можно с собой таскать. Официально. Как хранителю ценной исторической и культурной реликвии, во как. Главное, за пределы Японии не вывозить, ибо табу.
Нет, я, разумеется, никуда его таскать не собираюсь – больно уж ценная штука. Ещё, блин, покоцаю или профукаю, не дай Аллах… Тьфутьфутьфу! Беречь! Как зеницу ока беречь! А то ведь позора на всю Империю будет…
Ух, как вчера Фуюцкито прямо после церемонии задвигал речёвки перед борзописцами! И про преемственность поколений, и про традиции предков, и про новое поколение защитников Родины… Ну, чисто замполит или проповедник – сразу видно бывшего профессоралектора. Я аж почти заслушался, хотя и всё моё внимание на тот момент было приковано к генеральскому клинку. Мисато, вон, просто ограничилась дружеским рукопожатием и хлопком по плечу… Но, чёрт побери, сколько у неё тогда в глазах было гордости… Я же ей, можно сказать, сын, брат и подчинённый… Неее, после всего этого мне теперь хоть в лепёшку вместе с Нольпервым нужно будет разбиться, но флот не опозорить. То есть Империю и человечество не подвести. Из вариантов у меня теперь только побеждать до победного конца (каламбур, однако), погибнуть в бою или совершить сэппуку. Последнее, кстати, было бы крайне нежелательно – я же вроде как христианин, крещённый, мне нельзя… Разве что только с гранатой под танк или грудью на амбразуру.
Нет, вообщето, если честно, не хочу я так… заканчивать. Нет, камрады, ну на кого я всю эту оравуто оставлю, а? За ними же глаз да глаз нужен, а я пока что
