Линия жизни Виктора Северова уже не кажется простой и предсказуемой, как раньше. Куда она его ведёт и куда выведет? От школьного фестиваля к новому витку противостояния с международными террористами и атаке очередного Ангела. От ответов на старые вопросы к новым загадкам прошлого, настоящего и будущего. Линия жизни прихотливо тянется вперёд.
Авторы: Сергей Ким
луча, короткий писк, и удостоверение возвращается ко мне.
– Всё в порядке, Herr Leutnant, проходите.
Тото же.
Аска уверенным движением дёрнула пару рычагов, дверь с шипением открылась.
– Прошу, – величественным жестом пригласила меня девушка.
– О, нет! Только после вас, Fräulein, – возразил я, всё ещё не выходя из амплуа галантного рыцаря.
– Моё дело предложить, – весело заявила Лэнгли, проходя вперёд.
Последовал за ней, вошёл внутрь, и оказался на какомто возвышении. Слегка поёжился – в отсеке было несколько прохладно, и начал с интересом рассматривать немецкий Евангелион.
– Это – моя Ева, – гордо приосанилась Аска. – Первый и пока что единственный образец, предназначенный исключительно для боя. Нулевой был всего лишь экспериментальной моделью, а твой Нольпервый прототипом настоящих боевых машин, и, естественно, они были очень несовершенны.
– Вот здесь я с тобой не могу согласиться, Лэнгли, по крайней мере, в отношении моего юнита, – возразил я. – На сегодняшний момент именно Нольпервый – самая мощная Ева. У него крепче броня, мощнее АТполе…
– …и, разумеется, куча детских болезней, как у любого прототипа, – лениво закончила за меня девушка. – Нольпервый мощнее, но и одновременно тяжелее моего юнита, а значит, менее скоростной и манёвренный. На Нольвтором стоит более новая электроника, и наконецто исправлена проблема с контактной капсулой… Каково, Икари, а? Я ведь в курсе того, что на Нулевом и Нольпервом были проблемы с системой катапультирования. Про постоянно заедающий основной люк я вообще молчу.
– Есть такое дело, – скривился я. – Но это не так уж и фатально. Пустяки.
– Из исправления таких пустяков и рождается нормальная боевая машина, – снисходительно произнесла Аска. – У вас ещё и внутренние батареи старого образца – что на Нулевом, что на Нольпервом. Пять минут – это даже не смешно. Вот на моей Еве стоят батареи уже на семь минут работы, и это ещё не предел…
– Тото вы их в пути почти в ноль разрядили, и нам пришлось новые батарейки сюда тащить…
– Лишняя перестраховка, – отмахнулась Сорью. – Даже если возникнет какаято угроза в пути, смысла включать Еву02 не будет.
Девушка вздохнула.
– А жаль… Я бы хотела попробовать и её, и себя в НАСТОЯЩЕМ деле…
– Не зарекайся, Лэнгли, – покачал я головой. – Этот грёбаный мир имеет обыкновение подкидывать самые отборные гадости именно тогда, когда их меньше всего ждёшь.
– Да что может случиться, пока мы…
Гдето вдали резко и тревожно взвыли ревуны, и послышался раскатистый грохот стартующих ракет.
МАТЬ ТВОЮ ЗА НОГУ ЧЕРЕЗ КОЛЕНО В ЛОБ, БАШКОЙ В СТВОЛ И В ЗАДНИЦУ ДОСЫЛАТЕЛЕМ!!! Гадский Ангел!!! Всётаки напал, мразь!!!
– Опять учения? – нахмурилась девушка. – А почему нас в этот раз не преду…
– Engelhuren!!! – удержавшись от рвущейся наружу тирады в духе Малого Петровского Загиба, почти вежливо выругался я. Впрочем, Аске и этого вполне хватило, чтобы покраснеть. – А, помоему, Лэнгли, это ни хрена не учения, verdamte Scheisse! Задницей чую, что случилась какоето дерьмо!
– Эээ… Икари… Ты… ты чего? – несколько даже опешила немка.
– Готов прозакладывать собственное посмертие, Лэнгли, что нас только что атаковал Ангел, – процедил я.
Борт атомной субмарины ВМС США SSN 716 «Солт Лейк Сити»
Коммандер
Джеймс Сэлинджер флегматично прихлёбывал кофе из любимой кружки, сидя на центральном посту. Дежурная смена экипажа несла обычную ходовую вахту – вахтенный офицер, его помощник и семь матросов вели субмарину экономичным пятнадцатиузловым ходом. Всё как обычно. Вахта выполняла свои обязанности чётко и спокойно – в действиях подводников чувствовался опыт, достигнутый годами службы.
Несмотря на долгий переход через три океана, капитан субмарины был почти что счастлив – наконецто, впервые за долгое время, Фортуна ему улыбнулась. Иначе перевод из ледяного Хоконсверна в тёплый Фуцзянь расценивать было просто нельзя – как ни крути, а Южный Китай был в разы лучше, чем северные владения Евросоюза. Ради этого можно было вытерпеть очень многое, даже то, что он был вынужден на период перехода подчиняться русским.
Джеймс вздохнул.
…На флот он пришёл ещё тогда, когда США противостоял хоть и агонизирующий, но всё ещё мощный СССР. Противник был известен, и он был один – больше конкурентов на горизонте не было видно. Потом, правда, у русских чтото не заладилось, и они сами себя развалили. Между
