Линия жизни Виктора Северова уже не кажется простой и предсказуемой, как раньше. Куда она его ведёт и куда выведет? От школьного фестиваля к новому витку противостояния с международными террористами и атаке очередного Ангела. От ответов на старые вопросы к новым загадкам прошлого, настоящего и будущего. Линия жизни прихотливо тянется вперёд.
Авторы: Сергей Ким
* *
– …Внимание! Боевая тревога! Всему экипажу занять места по боевому расписании!
Внутренняя корабельная радиотрансляция разнесла голос капитана «СолтЛейкСити» по всему кораблю.
– Боцман, погружение на тысячу футов.
– Есть, сэр! Плоскости рулей вниз на пятнадцать градусов.
– Плоскости на пятнадцать градусов вниз.
Огромный бронзовый винт «СолтЛейкСити» стал вращаться быстрее, разгоняя субмарину до двадцати пяти узлов, погнав её вперёд и вниз. Целью такого манёвра являлось преодоление так называемого термоклина – границы между слоями тёплой и холодной океанской воды, где начинается резкое падение температуры. Так как звуковые сигналы из разных слоёв обнаруживаются с большим трудом и сильно искажаются, то для обнаружения другого подводного судна лучше всего находится с ним в одном горизонте. А судя по последним расчётам, неизвестный пират находился именно под термоклинном…
Гдето впереди, на удалении примерно двадцати миль, сейчас тот же самый манёвр проделывала и сестра «СолтЛейкСити» – ещё одна американская субмарина проекта «ЛосАнджелес», носящая имя «Филадельфия». Именно ей сейчас и было поручено в случае чего провести перехват «пирата», а задачей «Солти» была исключительно подстраховка. Правда, ещё гдето в районе сосредоточения основных сил болталась русская «Акула», но она в перехвате не участвовала – своих русские старались беречь, подставляя под первый удар чужих…
«Ну и подумаешь, – подумал коммандер Сэлинджер. – Мы вообщето тоже не горим желанием рисковать своими шкурами ради непонятно кого. Нам что в задачу ставилось? Наблюдать, охранять и содействовать. Но уж никак не дохнуть, невесть ради чего».
Две субмарины быстро (насколько это слово вообще применительно к многокилотонным боевым машинам) погружались на глубину, имея своей целью получить больше сведений о неизвестном противнике.
Капитан «Филадельфии» коммандер Алистер Смит, несколько расстроенный тем фактом, что не он первый обнаружил «пирата», радовался полученному шансу хоть в некоторой степени реабилитировать себя как подводника. Ведь в случае чего именно ему и его кораблю поручалось уничтожить неизвестную подводную лодку, а уж в своей победе американский подводник не сомневался. Совсем недавно получивший свой первый корабль молодой капитан искренне верил, что флот Соединённых Штатов Америки – сильнейший в мире и ему не способно противостоять ничего. Не успевший застать ни жёсткого, на грани фола, противостояния с подводниками Советского Союза, ни череды войн конца XX– начала XXI веков, он настойчиво стремился хоть както выделиться…
Сэлинджер в чёмто даже понимал своего коллегу, но вот поменяться с ним местами желанием не горел – чточто, а на недостаток осторожности, густо перемешанной с перестраховкой и паранойей, Джеймс никогда не жаловался. Если уж ктото будет вынужден пойти на риск, то пускай это будет не он. Хорошо, что на флоте всегда будут такие люди, как Смит – рисковые и не слишком умные. Умные ведь никогда не лезут вперёд без особой на то необходимости и никогда не рискуют понапрасну. Себя Сэлинджер причислял именно к последним. Пускай и, может, не слишком удачливым, но умным. А командир «Филадельфии»… Не навоевался, видать, ещё мальчишка. Но уже, видно, и не повоюет больше – для атомных субмаринохотников целей почти не осталось. Обстреливать какихнибудь туземцев крылатыми ракетами – на это ни особого умения, ни храбрости не требуется.
…А вот начальник гидропоста «СолтЛейкСити» младший лейтенант Майкл Каховски сейчас думал вовсе не об уме и глупости …
По правде говоря, он вообще сейчас почти не думал, напряжённо всматривался в графическое изображение шумов океана, выводимое на экран.
Сигнал никуда не пропадал. Подозрительный и совершенно непонятный сигнал, без всякого сомнения, искусственный… Пока о нём мало что можно было сказать изза помех и нечёткости сигнала, но как только «Солти» окажется ниже термоклина…
Но этого младлею узнать уже было не суждено, потому как неизвестный сигнал внезапно скачкообразно увеличил свою мощность и чёткость.
«Пират» не стал дожидаться визита гостей, а сам вышел из более холодного слоя воды, явно намереваясь всплыть к поверхности.
…Чем больше наблюдал Каховски, тем сильнее он покрывался холодным потом. Ничего похожего на шум винтов или гидрореактивных движителей – скорее уж это было похоже на сигнал, исходящий от огромного стада китов или рыб. Ну и, конечно же, то, что уже вообще ни в какие ворота не лезло – мощнейшие кавитационные шумы и сигналы неизвестного сонара. Было и ещё чтото, напоминающее тихое и несколько даже механическое потрескивание, но его уже вообще ни с чем нельзя было соотнести…
