Чтобы выжить. Пенталогия

в принципе, считать за отпуск…
– Верно, Синдзи, – широко улыбнулся капитан. – Тепло, хорошо, рядом море…
– Ангелы периодически набегают, – добавил я.
– Ну, не может же абсолютно всё быть прекрасно… Должны быть и какието тёмные моменты…
– Фига себе тёмные моменты! Да мы тут, почитай, каждый месяц насмерть схватываемся с очередной огромной мерзкой тварью из космоса, после чего почти заново отстраиваем весь город!
– Поверь, Синдзи, раз в месяц испытать кратковременную взбучку всяко лучше, чем месяцами гнить от болезней и воевать с повстанцами в какойнибудь из многочисленных задниц мира…
– Раз в месяц, говорите? Ну, в принципе, это конечно…
Раз в месяц… Раз в месяц? Раз в месяц!!!
* * *
– …Синдзи, страдать запоями – это значит, что человек употребляет много алкоголя?
– Эээ… Ну, да…
– Тогда Мисато явно не страдает запоями – она употребляет не так уж и много алкоголесодержащих продуктов и процент содержания в них спирта не так уж и велик.
– Рей, ну это же просто глупая сплетня! Чего ты так серьёзно к ней относишься…
– Нехорошо, когда люди искренне заблуждаются или намеренно врут. Это искажает истинную картину мира. Значит, сплетни – вредны.
– Тут я с тобой спорить не буду…
– А кто такие лесбиянки?
– Нууу… Это… Ммм…
– Кажется, это женщины с нетрадиционной сексуальной ориентацией… Я ведь не ошибаюсь?
– Не оши… Scheisse, откуда ты это знаешь?!
– В книжке прочитала.
– Тебе вообщето положено знать о таких вещах только на уровне пестиков, тычинок и пчёлок…
– Никогда не интересовалась тонкостями размножения насекомоопыляемых растений. А доктор Акаги действительно может иметь нетрадиционную ориентацию?
– Твою же… Конечно, нет!
– Но ведь есть основания для подозрений?
– Рей, давай всётаки придерживаться презумпции невиновности…
– Хорошо. В таком случае планируешь ли ты официально узаконить свои сексуальные отношения с Габриэллой? Презумпция здесь не действует – все факты против тебя.
– Рей, ну хоть ты не начинай!..
– Повторюсь – факты налицо.
– Да не было у нас ничего! Жизнью клянусь. Веришь?
– Тебе – верю, Синдзи.
– Уфф…
– Хотя у ваших детей был бы крайне интересный фенотип…
– Рей!..
* * *
И как это мне раньше такая мысль в головуто не пришла? Поразительно… Да уж, мир не так прост, как кажется на первый взгляд – на самом деле он ещё проще…
Хотя мне уже можно было с чистой совестью топать домой и предаваться блаженному ничегонеделанью, но посетившая меня мысль прямотаки взяла за шкварник и потащила в святаясвятых научного отдела – лабораторию Рицко.
Задумавшись кое о чём, я на автомате зарулил за угол коридора и едва не столкнулся нос к носом с… С кем бы вы думали?
– Привет.
– Привет.
Мы с Габриэллой выпалили это почти синхронно и дружно улыбнулись. Но в следующий момент мне почемуто перехотелось улыбаться, потому как мне неожиданно вспомнилась сцена вчерашнего утра после малопонятной ночи… Больше всего в той ночи было непонятно – что это всётаки было и было ли ночью ЧТОТО.
Нет, я думаю, намёк понятен и без дополнительных расшифровок, потому как на момент пробуждения ситуация была совсем не двусмысленная, а вполне себе однозначная.
– Как себя чувствуешь?
– Спасибо, нормально. Сказали неделю сидеть дома и усиленно питаться… то есть лечиться.
– Понятно.
Я молчал, Ферраро отчегото тоже молчала, поэтому мой «гениальный» разум не нашёл ничего лучше, чем задать какойнибудь нейтральный вопрос:
– Правда сегодня погода хорошая?
К сожалению, это был очень тупой нейтральный вопрос.
– О, да, – как будто бы пришла в себя девушка. – Такой чудесный дождик…
Твою мать.
Да уж – хорошая погода, с самого утра мелкий противный дождь льёт…
Шарик, поздравляю! Ты – балбес!
Ещё какоето время постояли, помолчали, прежде чем вновь решились разрядить тишину.
– А ты случайно не знаешь – доктор Акаги у себя?
– Да, я только что от неё, – кивнула итальянка.
Опять молчание. Молчание. Молчание! Тьфу ты.
– Пока? – неуверенно предположила Габри.
– Пока, – легко согласился я.
Разошлись – каждый пошёл своей дорогой. Но ох уж это чувство неловкости!..
В лабораторию, в лабораторию срочно, verdammte scheisse!
В обители зла… То есть главы научного отдела НЕРВ было как всегда сумрачно и накурено, а единственным крупным источником света была тройка мониторов, перед которыми восседала Рицко, выстукивающая замысловатую чечётку пальцами по клавиатуре.
– Доктор Акаги, – почемуто в этот раз я решил не стучаться, а вежливо прошмыгнуть в приоткрытую