Линия жизни Виктора Северова уже не кажется простой и предсказуемой, как раньше. Куда она его ведёт и куда выведет? От школьного фестиваля к новому витку противостояния с международными террористами и атаке очередного Ангела. От ответов на старые вопросы к новым загадкам прошлого, настоящего и будущего. Линия жизни прихотливо тянется вперёд.
Авторы: Сергей Ким
сейчас. Доброй ночи, Аска.
И так не слишком хорошее настроение упало ниже плинтуса. Просто от одной мысли, что комуто рядом со мной действительно плохо, а я не могу ничего сделать. Пускай это горе было почти детское, но и Лэнгли сейчас всётаки больше ребёнок, чем взрослая. Ей действительно ещё нужно будет почти умереть, чтобы понять, что к чему…
А ещё было очень гадко от мелькнувшей мысли, что я вообщето могу всё это относительно легко прекратить. Всегото и надо было, что сесть рядом, обнять, помурлыкать чтото успокаивающе и ободряющее, и поцеловать. Соврать, что люблю и всё такое. Может быть, не только поцеловать. Сейчас в наших головах больше алкоголя, чем мозга – проканало бы. И потом я или бы получил по морде и был бы жутко ненавидим, или выступил бы в роли принца на белом коне.
Чем не рецепт от сериального сумасшествия? Там у Аски не было никого и ничего ближе, чем её Ева. И когда она потеряла возможность пилотировать, то махом сломалась.
А если бы у неё был ктото, кто бы её любил? Ну, или Аска хотя бы думала, что это любовь… Кто защитит, кто утешит, ободрит, развеселит, заставит понять, что жизни не зациклена на кабине Евангелиона…
Вариант, да? Это бы её спасло. Наверняка бы спасло. И я ведь могу так сделать – действительно могу. С Рей всё получилось – там я придумал, что мы брат и сестра, и даже сам в итоге поверил в это. Аянами не нужен был любимый – ей хватило и просто когото, для кого она была бы дорогим и нужным человеком. А вот Аске нужен именно тот, кто бы любил её, и кого бы она любила тоже…
Но вот всегда ли цель оправдывает средства?
Нет, для меня – не всегда. Может комуто покажется смешным, но у меня действительно есть моральные принципы, которые я не могу преступить. А если преступлю, то перестану быть. Быть собой или просто быть – уже не так важно.
И поэтому я сейчас говорил всё это Аске, но не пытался её обнять и утешить. Я буду ей другом, только другом…
…Я уже почти вышел из комнаты Лэнгли, когда почувствовал, что меня ктото несмело взял за руку и уткнулся макушкой в спину.
Ктото? Нуну.
– Знаешь, Синдзи… – тихонько произнесла Аска. – Сначала мне на тебя было страшно плевать. Мне вообще было плевать на других пилотов… Потом я тебе завидовала – когда ты уже вовсю дрался с Ангелами, а я всё ещё сидела в Германии. Потом – когда встретила… Почти возненавидела. Ты был просто невыносим! Хотя ты и сейчас невыносим… Но… Знаешь, Синдзи… Теперь я рада, что мы встретились. С тобой весело и… спокойно…
Девушка слегка рассмеялась. Но слишком мало было в этом смехе веселья.
– Гордись, Синдзи, мало кого Аска Великолепная называла своим другом! И ты один из этих немногочисленных счастливчиков!
Слегка обернулся, ловя взгляд, как всегда, весело поблёскивающих голубых глаз, лишь в глубине которых спрятались слёзы, и, как всегда, улыбнулся в ответ.
– Ага, – усмехнулся я. – Благодарю за оказанное мне доверие, прекрасная фройляйн. Gute Nacht, Аска.
– Gute Nacht, Синдзи.
Лэнгли отпустила мою руку и отстранилась, а я шагнул за порог и за мной задвинулась дверь. Немного постоял, сжимая и разжимая кулаки, а затем зашагал. Но не в свою комнату, а в ванную.
Включил воду, опёрся двумя руками на раковину и наклонил голову. Затем поднял её, поймал собственный взгляд в зеркале, криво усмехнулся. Мой двойник по ту сторону стекла ответил мне тем же.
Приблизил лицо чуть ближе к зеркалу и подышал на него, заставляя запотеть, а затем пальцем нарисовал на стекле два креста.
– Гроссмейстер сделал отличный ход… – прошептал я. И резко стёр ладонью испарину со стекла, вновь заглядывая в собственные глаза. – И не забудьте, будущий Командующий Икари, вам ещё нужно спасти этот мир.
«…полную замену артиллерийских комплексов GG2 на АК1301 или же иной, но тоже не вызывающий нареканий в плане надёжности.
Теперь перейду к так называемому «оружию первого удара». Отмечая эффективность и мощность артустановок «Вулкан», всётаки хочу обратить внимания на ряд моментов.
Вопервых, при калибре в 20 мм роторная пушка М61 «Вулкан», являющаяся базовой частью навесного модуля вооружения, имеет скорострельность всего лишь в 6000 выстрелов в минуту. Тогда как российское орудие аналогичной системы ГШ623 при калибре в 23 мм имеет скорострельность в 9000 выстрелов. То есть при равной продолжительности огневого контакта ГШ способна выпустить в полтора раза больше снарядов, по весу также в полтора раза превосходящие снаряды орудия «Вулкан». Из недостатков следует отметить лишь более низкую начальную скорость снаряда – около 700 метров в секунду у ГШ против 1000 у «Вулкана».
Наиболее же оптимальным был бы переход на более крупнокалиберные
