Чтобы выжить. Пенталогия

это F/A18 Хорнет – американские палубные истребителибомбардировщики, а вот откуда они – уже мои догадки. Но эта часть Индийского океана – такая территория, что только авианосцы здесь и могут встретиться. Ближайшие наземные базы слишком уж далеко – в районе Аравии, не ближе. А авианосец здесь может бродить только один, и это – «Джордж Вашингтон»…
Обстановка на борту самолёта была скучная. Шигеру и О’Брайан тихонько дремали, а вот развалившаяся сразу на двух креслах Мисато не просто дремала, а самым натуральным образом дрыхла, время от времени аппетитно посапывая. Габриэлла то спала, то читала какуюто прихваченную с собой книгу. Примеру остальных в целом следовал и я, хотя на вторые сутки спать уже и откровенно надоедало… Мне. Потому как остальные предавались этому занятию с невиданным наслаждением.
Следующая остановка была в ночном Адене – столице находящегося под управлением Британской короны Йемена… Формально находящегося. Потому как жители Туманного Альбиона не мудрствовали лукаво и просто скопировали расклад прошлого, когда британцы контролировали только необходимый им Аден, а остальная территория страны управлялась местными… племенами. Да, пожалуй, это будет наиболее точно определение по отношению к тем, у кого из всех возможных занятий главенствовало лишь одно – воевать между собой. Никакого созидания – чистая сила разрушения и анархии в действии.
Экраноплан, как и в предыдущий раз, приводнился невдалеке от порта, но к берегу его буксировать не стали, а выслали в море специальный танкертопливозаправщик. Всётаки Бе5000 был слишком велик, даже по корабельным меркам, чтобы так просто пришвартоваться в порту Адена…
Аравия оказалась более благоприятной в плане климата, чем Малайзия – хоть и здесь тоже было достаточно жарко, но хотя бы не влажно. Впрочем, арабская ночь была очень даже хороша. Но по общему, хоть и негласному согласию из самолёта опять никто, кроме Мисато, так и не вышел. Вообще, складывалось такое ощущение, что на всех членов оперативнотактической группы напало непреодолимое желание залечь в спячку… Хотя народто здесь в большинстве своём (то есть, кроме меня) подобрался в прошлом военный и как никто другой способный оценить неограниченную возможность поспать. И, что вероятно – в счёт будущих бессонных ночей.
…Впереди оставался последний бросок – через Красное и Средиземное моря к Алжиру. «Хорнеты» американцев сменили перехватчики «торнадо» Королевских ВВС Великобритании. Бериев5000 всё так же продолжал лететь в нескольких метрах над волнами тёплого Красного моря. На последнем участке маршрута можно было бы, в принципе, лететь и напрямик над сушей, благо высоких гор на пути, вроде бы, не имелось… Однако это не было сделано из соображений безопасности.
Если бы с экранопланом случилась бы какаято авария, вынуждающая его пойти на вынужденную посадку, то на водную поверхность он сможет как без проблем сесть, так и без проблем взлететь. При полёте над сушей это было бы сродни катастрофе. Застрять в тысячах километрах посреди материка, без возможности взлететь и, вероятнее всего, со значительными повреждениями – это плохо. Застрять при этом с невероятно драгоценным Евангелионом на борту – это просто охренеть, как плохо…
Прошли над Суэцким каналом. Мелькнувший под крылом ПортСаид совсем не порадовал здоровенной многосотметровой выжженной проплешиной на месте порта, и огромным танкером, всё так же перегораживающим канал. Последствия взрыва были до боли похожи на последствия применения Н2бомбы…
В принципе, здесь и произошёл объёмнодетонирующий взрыв – вырвавшийся из чрева танкера попутный нефтяной газ перемешался с воздухом, образовав облако… А потом оно полыхнуло.
Несколько километров тотального разрушения и выжженной земли. Почти ровная площадка, где практически не осталось возвышенностей выше кочки. Во время Вьетнамской войны, помнится, американцы вакуумными бомбами расчищали себе площадки для посадки вертолётов…
Далее шла полоса разрушений, где прокатилась ударная волна. Потом шли просто сгоревшие в пламени разгоревшегося пожара… нет, даже не здания, а целые улицы и кварталы. Гдето на берегу моря в отдалении всё ещё полыхало чтото похожее на нефтеперегонный завод, наполняя атмосферу липким чёрным дымом.
По обе стороны канала скопилось множество судов, которые и спустя дни после взрыва не решались идти единственно возможным путём – через всю Африку мимо Мыса Доброй Надежды. Кажется, они ещё на чтото надеялись… Хотя было ясно как день – в ближайшие месяцы о судоходстве здесь можно забыть. Но, видимо, не всем ясно, или недостаточно ясно…
Утро 17 сентября мы встречали над Средиземным морем. Впереди был конечный пункт нашего