Линия жизни Виктора Северова уже не кажется простой и предсказуемой, как раньше. Куда она его ведёт и куда выведет? От школьного фестиваля к новому витку противостояния с международными террористами и атаке очередного Ангела. От ответов на старые вопросы к новым загадкам прошлого, настоящего и будущего. Линия жизни прихотливо тянется вперёд.
Авторы: Сергей Ким
лекций для галочки – и хорош будет, тем более что особо скучать не приходилось: если меня не запихивали на синхротесты, то я был или на тактических занятиях у Кусанаги, или на практических в тренировочном зале.
Впрочем, «практическими занятиями» мои физмучения именовала исключительно Мэнэми. Особым разнообразием они не отличались – бег, упражнения и тренажеры. Инструктор Ли больше не пытался проводить со мной занятия по рукопашному бою и стрелковой подготовке, видимо, решив для начала привести меня в порядок. Младшийто хоть и был пацаном для своих годов нормальным, что по весу, что по мышечной массе, но вот физкультурой себя никогда не утруждал. Как, впрочем, и я в свое время. А теперь мы с ним на пару вынуждены были отдуваться за свою недальновидность. Часто меня донимали и свои, и его мысли на предмет «да ну на фиг всю эту ерунду – айда валяться дома на боку и слушать музыку!..», но я их старательно давил.
Хотя порой и было очень тяжело, прямо до невозможности, но я сразу же вспоминал первые занятия по физре в институте, когда после школьного ничегонеделанья и сидения на скамейке приходилось выкладываться на сто двадцать процентов. Нужно сказать, это помогало – иногда я готов был просто упасть на пол и больше ничего не делать, но мое упрямство обычно оказывалось сильнее усталости. Умомто я понимал, что все это в будущем мне принесет только пользу, но в то же время знал, что добровольно я бы это делать никогда не стал, – видать, уж такая я ленивая и безвольная сволочь, всето мне нужно делать изпод палки…
…Принять душ после всех этих занятий, переодеться из спортивного тренировочного костюма в уже ставшую привычной форму, перекусить в столовой – и в тир.
Хоть какаято отдушина – прийти, пострелять, отвести душу… Сержанторужейник стал уже здороваться со мной как со старым знакомым – еще бы! Я ведь почти что каждый божий день на стрельбище хотя бы часик, да просиживал. Стрелять мне действительно нравилось – моя милитаристическая душа была, что называется, просто в восторге. Больше я, правда, уже не баловался с тяжелыми, не по моим габаритам машинками и выбрал себе несколько видов подходящего мне оружия – для новичка я, может быть, стрелял и неплохо, но ято хотел, чтобы все было еще лучше, а для этого требовалось тренироваться, тренироваться и еще раз тренироваться…
Упор я сделал на два образца оружия – мой табельный «Глок17» и «АК74М», выбранный мной в качестве тяжелого оружия, и именно с ними и возился львиную долю времени. Итогом стали вечно запачканные маслом руки, мозоль на указательном пальце и небольшая рваная ранка на левой руке, полученная во время первой моей самостоятельной разборки «калаша», правда, очень быстро зажившая.
График моих занятий в КРАФТ порой мог быть и совершенно другим. Например, вместо какихлибо занятий часа тричетыре потупить в имитаторе контактной капсулы «сарка», пока умная машинерия доктора Аякс фиксировала мой уровень синхронизации и общее состояние организма в целом. Затянули, правда, както меня и на полноценный медосмотр…
Брр!.. Аж мурашки по коже, как вспомню! Жутковатая процедура… И вроде бы ничего особенного не делают – лежишь себе на гладком столе, надежно зафиксированный «кандалами», а сверху скользит изогнутая балка, проводящая сканирование организма.
Вот только лежишь ты так полчаса минимум, в полутемном помещении, на прохладном столе, до боли напоминающем прозекторский, и, гм, голый. А гдето в уголке, в небольшой застекленной будке, сидит Рэйчел и копается в компе. Опять же в полутьме, только ее лицо и освещено, да и то мертвенным зеленоватосиним светом монитора… Ужас! Чувствовал себя, как в застенках гестапо – так и представлял себе, что Аякс сейчас скинет халат… Спокойно! Никаких грязных мыслей! Вроде бы как… Наверное… Короче, неважно! А под этим халатом черносеребряный мундир с двумя рунами SS на петлице.
И подходит, значит, ко мне белокурая бестия Рэйчел, постукивая по ноге стеком, и говорит чтото вроде:
«Их бин гауптштурмфюрер Аякс. Ты есть рус шпион! Говори, где есть партизанен!..»
Или так:
«Здравствуй, Синтаро. А ты знал, что на самом деле мы называемся не Kraft, а Ahnenerbe?
Впрочем, это уже неважно… Просто мы считаем, что ты на самом деле очень ценный артефакт, который необходимо обстоятельно и всесторонне изучить. Роттенфюрер, аппарат для изучения мне!..»
И бормашина так вжжжииих!..
Мама!..
Так, все, хватит уже, а то меня чтото постоянно не туда заносит – изза вот такой вот буйной фантазии я так долго и думал, что мне все происходящее просто мерещится.
Да и вдруг еще накаркаю…
Спокойно, я сказал! Без фанатизма!
Видимо, я уже стал постепенно привыкать
