Золушка золушке рознь. Кто-то убегает в полночь, оставляя хрустальный башмачок, и ждёт своего принца. А кто-то, как я, носит обувь в пору и предпочитает не ждать чудес, а чудить самостоятельно. Принц перешёл в наступление, фея-крёстная достал волшебную палочку и несёт добро в массы, а братья-рокеры пытаются ужиться с новым руководством.
Авторы: Кувайкова Анна Александровна
обойдет кого, у нас не заходило. Как и у наших сыновей. На некоторых рынках мы с Исаевым сотрудничали, а наши мальчишки развлекались: Богдан тренировался в аферах, а Демьян разгребал. И всех все устраивало. До той поры, пока в их жизни не появилась одна единственная неприятность. То есть ты!
— И поэтому вы притащили меня сюда? — спокойно, даже как-то меланхолично посмотрела я на него. — Чтобы отомстить сыну?
А этот кадр снова рассмеялся.
Да ядрена тебе кое-куды вошь, чего смешного он в моих словах все время видит??
— Признаю, когда я узнал о том, что сделал этот щенок, первым, что я захотел — это свернуть твою хрупкую шейку по средствам ловких рук Никиты, — мужчина указал кивком головы в сторону ухмыляющегося охранника. И перевел взгляд на слегка взбледнувшую меня. И невозмутимо так подначил. — Коньячку?
— Пол литра сразу, — на полном серьезе брякнула перепуганная я. — И валерьянки грамм пятьсот.
— Не рефлексуй, Анют, — усмехнулся миллиардер, прислоняясь к спинке и складывая руки на груди. — Я же говорил — Богдан все просчитывает и далеко ни на один шаг. Я уже предупрежден, что если кто-то потеряет хоть один свой рыжий волос по моей вине, то на стол прокуратуры ляжет одна занятная папочка с не менее занятным компроматом. Сказать тебе, на сколько пожизненных сроков она потянет?
— Благодарю, не надо, — моментально отказалась я. Не, я знала, конечно, что Богдан необычайно предусмотрителен… но что б настолько? Кстати, кто-то слишком радушно воспринял данный факт или у меня на нервной почве глюки? — Максим Леонидович, поправьте меня, где я сейчас от души промахнусь… Но почему мне кажется, что вы последними известиями не опечалены от слова абсолютно?
— Ты, знаешь, на самом деле я в ярости, — откровенно улыбаясь, заявил Полонский-старший. Меня аж передернуло! — И одновременно в восторге. Еще никому не удавалось так ухватить меня за задницу. Поневоле берет гордость за собственного сына — он далеко пойдет. А что до денег… Видишь ли, малыш, все, что поимел Богдан итак бы перешло к нему рано или поздно. Довольствоваться тем, что мне осталось я тоже не буду, а начинать почти с нуля будет даже интересней. Кроме того, на сотрудничество на взаимовыгодных условиях никак не повлияли наши с ним семейные… дела.
Вот же бизнесмены до кончиков ногтей… ну везде свой интерес отыщут, даже в полной, я извиняюсь, круглой пятой точке!
— Вы ему еще спасибо скажите, — обалдело протянула ничего не понимающая я. — Но, впрочем, это ваши семейные тараканчики. Максим Леонидович, я конечно, понимаю, что чайной ложечкой выела вам весь мозг своим вопросом… Но я-то для чего здесь?
— Я же говорил, — на меня так иронично-иронично посмотрели. — Хотел увидеть, ради кого мой единственный сын устроил мне под старость лет такую встряску. Что ж, теперь я мальчишку вполне понимаю.
Аха… мне бы кто еще все это объяснил!
— Не буду задавать лишние вопросы, — мотнула я головой. — Мне вас явно не понять. Ради простых смотрин вы перебили всех людей Кирилла?
Вот ёп… ну кто мне объяснит, какого фига этот непонятный индивид снова во всю глотку ржать изволит?!
— Они все живы, — насмешливо хмыкнул, поясняя, стоящий у стены охранник. — И даже не ранены. А вот нашим не всем так повезло.
— Никита одно время обучался у Громова, — пояснил миллиардер свою реакцию — Он знает большинство его привычек и почти все способы, с помощью которых можно спрятать человека. И все же, даже с его помощью, разыскать тебя удалось лишь после того, как твой Кирилл уехал. Занятная, девочка, у тебя родня.
— А чего ж сразу не любовник? — привычно так съязвила я.
— А я похож на недальновидного идиота, чтобы сделать такой вывод? — вскинул брови мужчина напротив. — Девочка моя, поверь, случайных любовниц опекают совершенно по-другому.
— Слыхала я, что не родятся на осинке апельсинки, — протянула я и пояснила в ответ на недоуменный взгляд, сунув сигарету в зубы. — Вы с ним похожи. Очень. И не только внешне.
— Он пошел в меня, — открыто и с затаенной гордостью признал Полонский. И тут же отбросил все веселье. — Я слышал, что ты собираешься уехать.
— Да, — безразлично пожала я плечами и поперхнулась дымом, когда миллиардер вдруг усмехнулся:
— Думаешь, он тебя не отпустит?
— А разве нет? — непритворно удивилась, хотя на самом деле понимала, что мужчина прав, да еще как! И сама больше всего в жизни хотела в это верить.
— Анют, его мать тоже была из простых, — так… спокойно пояснил Максим, внимательно за мной наблюдая. — Она сбежала, когда ему было десять. Не выдержала жизни среди таких людей, как я. Ты поэтому хочешь уехать?
— Отчасти, — тихо признала я, медленно затушивая
