Золушка золушке рознь. Кто-то убегает в полночь, оставляя хрустальный башмачок, и ждёт своего принца. А кто-то, как я, носит обувь в пору и предпочитает не ждать чудес, а чудить самостоятельно. Принц перешёл в наступление, фея-крёстная достал волшебную палочку и несёт добро в массы, а братья-рокеры пытаются ужиться с новым руководством.
Авторы: Кувайкова Анна Александровна
сильная, горячо любимая шея самого Кирилла Громова!
— Автомат заправили, за интернет заплатила, — задумчиво и привычно перечислила я, натягивая на ногу носок. — На пульт охраны отзвонилась. С тебя химию заказать. Там пока не критично, но лучше заранее.
— Навскидку помнишь, что надо? — поинтересовалась Иришка, хватаясь за бумагу и ручку. — Лень идти в подсобку.
— Лень двигатель прогресса и причина появления целлюлита, — ворчливо отозвалась, но, натянув кроссовок, накинула рюкзак и подошла к столу. — Ладно уж, порадую твои ленивые булочки. Пиши: две пены, стеклоочиститель, канистру чистилки для химии. Вафельные полотенца извели все, тут тебе на сегодня осталось фиг да маленько. Остальное, в принципе, все терпит… О! Бумажные закажи. И побольше!
— Ты их цену вдела? — скептично поинтересовалась блондинка. — Шеф за них голову снимет!
— Отсылай ко мне, не привыкать, — хмыкнула я, не став уточнять, что перед гневающимся боссом автомойки гораздо легче оправдаться, чем перед руководством клуба, помирающим без кофе. — Ир, они того реально стоят, так что заказывай. Аристарховичу, если что, сама объясню. Так, ну вроде все… Пойдем, покурим на дорожку?
— Если расскажешь, почему довольная такая, — поставила условие девица. Я хмыкнула, выходя в открытый бокс.
Чего тут рассказывать-то? Выспалась я. Вот просто тупо выспалась. Как немного нужно иногда для счастья, да?
К слову, позавчера мне пришлось нарушить обещание, данное Богдану, и таки весело скакать по клубу, показывая Эльзе ее новые владения. Что поделать, вводить ее в курс дело надо было как-то! Потом пока перезнакомила, все объяснила, документы показала, историю с Лександрыча с его привычками в красках описала… Полонский успел прилично так вздремнуть.
А утром меня сунули в машину, на мойку доставили, да на учебу укатили. И, что удивительно, но в течение дня и ночи, никто ко мне даже не пожаловал! Вот ей-богу, подобный факт теперь казался натуральным затишьем перед бурей. Однако вчера мне он совсем не помешал в тишине и спокойствии состряпать кучу рефератов и контрольных, что я давненько задолжала любимым своим преподавателям.
Остаток вечера хихикала с парнями в соседнем боксе. Ну, в том, где в машинах масла заменяли. А как только десять стукнуло, мы с сусликами дружно прибрались и завалились баиньки.
И ведь даже поругаться не изволили. Ни разу!
Эх, чует моя мнительность, что «это ж-ж-ж» совсем уже неспроста! Намедни довелось серьезно похихикать, и как бы теперь насмешливо поплакать не пришлось…
И вот знаете — как в воду глядела!
Лицо Иришки вдруг вытянулось, глазки заблестели… Плечики так раз и распрямились! Вот прям до жути интересно, кого ж наша блондиночка там за моей спиной увидела такого, что аж феромоны вокруг заплясали?
— Опа-па, какие люди! — присвистнула, поворачиваясь и оглядывая нежданного от слова совсем визитера. Который, кстати, не поздоровался и даже не дал мне договорить! — Ай! Поставь меня на место! Поставь, говорю, пещерный человек, я не твоя пещерная женщина!
Ага. Взял и послушался. Аж восемь раз!!
Не, на этом плече я уже вниз головой висела и каталась, а потому точно знала, что уронить-то он мою важную персону просто не посмеет. Однако такой оригинальный способ передвижения в пространстве меня определенно как-то не устраивал!
Допер, не уронил. И слава богу! Открыл машину, почти вежливо пристроил на сидение, захлопнул дверь, и все это проделал молча! Нет, я что-то определенно в этой жизни перестала понимать…
— Ну и какого, собственно фига ты… — начала было вдохновенную матерную речь, однако договорить хотя бы даже до середины мне не дали. На шею ладонь положили, в кресло вжали, одну руку в дверцу уперли, что б даже не вздумала сбежать… И традиционно заткнули поцелуем.
Да таким напористым. Уверенно, порывисто, почти что даже грубо — ну прям настоящий древний человек! От нескрываемых чувств в этом поцелуе я чуть на коврик не стекла.
Голова закружиться изволила, ручки-ножки затряслись, сердечко заколотилось в груди, а после безнадежно шмякнулось на пятки. Вот люди, учитесь, вот это африканская страсть! Причем такая, о которой сами суровые негры даже не догадываются.
От меня наконец-то оторвались. С трудом вернув ушедшие в разные стороны глаза, я машинально облизнула припухшие губы, посмотрела в эти внимательные синие глаза вблизи своей мордашки… И поняла.
— Исаев, ты… ревнуешь?
Парень усмехнулся. Но и отрицать не стал!
— Да ну нафиг… — шокировано протянула я, а меня, не дав продолжить, в ответ опять поцеловали.
Трепетно. И нежно. И даже чуточку торопливо. Но так… сладко, что ли?
