Золушка золушке рознь. Кто-то убегает в полночь, оставляя хрустальный башмачок, и ждёт своего принца. А кто-то, как я, носит обувь в пору и предпочитает не ждать чудес, а чудить самостоятельно. Принц перешёл в наступление, фея-крёстная достал волшебную палочку и несёт добро в массы, а братья-рокеры пытаются ужиться с новым руководством.
Авторы: Кувайкова Анна Александровна
нервов. Пальцы сводило от напряжения, голос дрожал, губы тряслись… И успокоиться уже не получалось. От слов никак и абсолютно!
— Две минуты, Рыж, я машину подгоню, — мельком взглянув на меня, торопливо выскочил за дверь сосед, едва накинув на плечи принесенное дворецким пальто. Положив поданную короткую шубку, я опустилась на подлокотник кожаного дивана, едва сдерживаясь, чтобы не вытащить из головы все шпильки. И вдруг услышала:
— Ань, подожди.
Твою египетскую богоматерь Баст! Ну, ему-то что сейчас от меня надо?!
— Зачем? — тихо и равнодушно откликнулась, на мгновение прикрыв глаза. Мне нужно было продержаться еще чуть-чуть. Еще совсем маленько! Да только… как?
— Прости, — извинился Богдан и взял меня за руку. — Со Хён…
— Вот о ней я хочу слышать меньше всего, — хмыкнула я, ненавязчиво, но уверенно освобождая свое запястье из его пальцев. — Мне плевать, что она там обо мне думает и как.
— Она вообще не должна была приезжать сюда, — нахмурившись, продолжил Богдан. — И тоже. Я не знал…
— Какая разница? — не выдержав, перебила я его. Меньше всего мне сейчас хотелось, чтобы он оправдывался так, словно действительно что-то мне должен! — Это твое с невестой право находится где угодно и когда угодно.
— Ань, извини, — как-то вдруг странно произнес Полонский. — Что не сказал тебе сразу.
— А мне-то что? — поднялась я и в кой-то веки посмотрела ему в глаза. На секунду — больше просто не смогла и отвернулась. — Ты разве был обязан? Нет. Это твои личные отношения и меня они не касаются. Кто я и кто она? Могу только пожелать удачи. Хотя, уж после моего характера тебе ее выдержать будет довольно просто.
— Ань, — вдруг удивленно протянул Богдан. — Скажи, что я сейчас ошибаюсь. Ты ревнуешь?
— А даже если так? — не выдержав, повернулась я, устав уже бежать от самой себя. Да, это было глупо, да, в какой-то степени выглядело даже жалко, но сдержаться я не смогла. — Даже если так, Богдан? У нас френдзона и я об том прекрасно помню. К тому же у тебя невеста, а я… как там было? Хамка, грубиянка и просто недостойный человек? Согласна в кой-то веки.
— Ты сама понимаешь, о чем сейчас говоришь? — нахмурился Полонский, делая шаг вперед. — Меня разве когда-то волновало твое положение в обществе?
— Нет, — открыто улыбнулась я. — Как друга — нет. Но в качестве невесты тебе все-таки досталась блистательная во всех смыслах Ким Со Хён… Красноречиво, правда?
— Ань, идем? — в дверях наконец-то появился Мишка. Я торопливо отвернулась и, подхватив шубку и подол платья, едва не убежала вслед за байкером на заснеженную улицу.
Благо хоть туфельку, не смотря на все каноны, я потерять все-таки не умудрилась…
А около часа ночи меня посетил внезапный гость
Не, честно признаваясь, мне даже открывать не хотелось. И все-таки, вздохнув, я пересадила со стола Ни-Ни к себе на плечо и пошлепала в коридор, открывать.
Честно, я ожидала увидеть кого угодно. Даже Исаева с Полонским! Но сию мадам?..
— Анечка, я могу с тобой поговорить?
Я подумала. Вздохнула и махнула рукой, отодвигаясь. В конце концов, после того, что было, хуже уже все равно не станет.
— Чем обязана в такой час, Надежда Станиславовна? — спокойно поинтересовалась, снова забираясь на любимый стул на кухне. Ни-Ни, оглядев усаживающуюся напротив женщину, противно пискнула и свернулась в клубок, прикрывшись хвостиком. Погладив недовольную зверюгу, я обхватила ладонями кружку с зеленым крепким чаем.
— Анют, не нужно этого светского тона, — неожиданно произнесла бабушка Михея. — Мне сегодня хватило потрясений.
— Знаете, мне тоже, — не удержавшись, хмыкнула, допивая чай. И, подумав, предложила. — Налить? Ну, чаю, кофе…
— Да я б от чего покрепче не отказалась! — сердито отозвалась старушка.
— Вот уж чего нет, того нет, — медленно и удивленно протянула моя светлость. — Я как бы обычно не пью…
— Как и не делаешь все то, что тебе сегодня приписали, и что озвучила ты сама, — уверенно добила женщина. И, вздохнув, неожиданно взяла меня за руки. У меня нервно глазик дернулся. — Анечка, девочка моя, я знаю, что ты не такая плохая, как кажешься. Нет, даже какой хочешь казаться в глазах окружающих! Ты ведь на самом деле хорошая… пока тебя никто не трогает.
Какая однако… проницательная бабуленция-то на самом деле оказалась!
— Неужели? — иронично выгнула я бровь. — С чего вы взяли?
— Ну, ты же меня не послала с порога матом? — усмехнулась Надежда Станиславовна. — Хотя имела полное на это право.
— Да вы тут причем? — рассеяно провела я рукой по волнистым волосам, лишившихся, наконец-то, всех неудобных шпилек — это было первым, что я сделала,
