Со звоном один за другим летят царские венцы с головы Короля Королей — Сварога. В миг гаснет жизнь волшебника, словно задутая свеча. На полях брани началась великая косьба. Сверкает кровавым блеском рубин в рукояти меча — с клинком старинной работы.
Авторы: Бушков Александр
мигом позже на экран вывалилось довольно обширное сообщение. Сидевшему с обратной стороны экрана принцу он был невидим, как любому, — никакой магии, просто технические особенности здешних компьютеров…
«Час от часу не легче, — подумал Сварог, пробежав глазами текст. — Словно нечто с цепи сорвалось…»
— У вас все?
— А что, этого мало? — яростно фыркнул принц. — Все, в общем, остаются мои чувства, а их к делу не подошьешь…
— В таком случае… — сказал Сварог мягко, но решительно. — Я вам искренне сочувствую, ваше высочество, понимаю, что вам пришлось пережить. Однако… У меня сейчас выше макушки других серьезных забот. Словно внезапный обвал в горах… В Горроте происходит что-то непонятное, хорошо еще, что никакой магии не засекли. Зато в Харлане и маркизате Вантерн полным-полно «точечных всплесков», покрыли карту, как сыпью… Мне нужно работать…
— Да, понимаю, — сговорчиво сказал принц, подняв перед грудью обе ладони. — Говорю же, мозги не пропил. Вы уж работайте на совесть… — Он встал.
— Я распорядился, — сказал Сварог. — Там, в приемной, камер-лакей, он вас проводит в ваши обычные апартаменты. Туда уже доставили вдоволь… целебного. Переоденьтесь, раны залечите…
Когда принц ушел, бормоча ругательства, Сварог перечитал сообщение. Оно ничего не проясняло, лишь усугубляло уже свалившиеся на голову загадки. Докладывали летчики, те самые, с замаскированных под самолет виман, которые Сварог вместе с другими настоящими самолетами держал в Акобаре. Из их сообщения следовало, что на летном поле, конфискованном у владельца (правда, с подлежащей компенсацией) ипподроме, вдруг объявился барон Скалитау с двумя людьми, залез в виману и стал кричать, что ему необходимо вылететь в Латерану. Летчики без приказа не согласились было — но тут на ипподром влетел конный отряд и помчался прямо к самолетам, стреляя издали. Поневоле пришлось идти на взлет и взять курс на Латерану. Судьба двух оставшихся самолетов неизвестна — в них-то летчики не дежурили, сидели в отведенном под диспетчерскую домике на ипподроме — и, по мнению пилотов, вряд ли успели добежать до своих машин — вимана взлетела, по пятам преследуемая ожесточенно палившими всадниками, будь это обычный самолет, ему давно продырявили бы бензобаки…
Положение усугублялось тем, что в Акобаре никто не отвечал на вызовы Сварога, никто из шести связников — ни «абертанские школярки», приставленные охранять Литту, ни люди из восьмого департамента и девятого стола. Ничего доброго это повальное молчание не сулило, особенно угнетало то, что молчали «школярки». Конечно же, он задействовал и Золотого Обезьяна, обосновавшегося в «Медвежьей берлоге», и наблюдателей из двух своих спецслужб, располагавшихся там же, — но подробных отчетов пока что не поступило…
Их еще не было, когда минут через двадцать появился барон Скалитау, чем-то напоминавший сейчас принца Эвалара — разве что на одежде нет пятен грязи и крови, но вид довольно растерзанный. Голова перевязана таким же полотном с проступившим кровяным пятном.
Прямо-таки рухнув в кресло, барон облегченно вздохнул:
— Добрался наконец-то…
— Что у вас с головой? — спросил Сварог. — Врач нужен?
— Да нет пока. Кожу рассекло, и только, перетерплю. Вот чарочку бы…
— Это просто, — сказал Сварог, достал еще бутылку, наполнил вместительную чарку.
Барон ее осушил, как воду, откинулся на спинку кресла, чуть посидел с закрытыми глазами, потом выпрямился, глянул на Сварога словно бы тоскующе:
— Это свалилось как кирпич на голову…
— Давайте без эмоций, — сказал Сварог приказным тоном. — Вы не пансионерка из благородных девиц, а начальник тайной полиции, много лет на этом посту сидите…
— Да, конечно… Это началось примерно десять часов назад. Мои люди подняли тревогу, я выскочил… Замок был битком набит чужими — какие-то типы с закрытыми лицами, в черных колпаках с прорезями. Повсюду шла форменная резня, ваше величество! Ваших людей убивали всех подряд — а других в замке и не было, если не считать полудюжины моих, которых вы мне разрешили там держать. Мне доложили, что убита и королева, и ее пажессы, судьба принца-подменыша неизвестна… Поймите, я ничего не мог сделать! Охрану замка вы полностью возложили на своих людей, моих четверых из шести тоже, скорее всего, прикончили, они так и не объявились. Что было делать? Мы кинулись в потайной ход — как все королевские дворцы, наш пронизан потайными ходами, словно оставленная на произвол мышей головка сыра. Не каждый король знает их все, а вот начальник тайной полиции обязан… Тот ход, в который мы нырнули, заканчивается далеко от дворца, выходит в ничем не примечательную бакалейную лавку. На улицах
