Сколько ни искали Крепость Королей, так и не нашли… Можно было бы уже допустить, что таковой попросту не существует. Но не сомневался Сварог: существует и смертельную угрозу являет собой исключительно для Талара. Просыпаются чудовища в янтаре. На планету вечного лета опускается белоснежная тайна. Ровными алыми буквами в пол-локтя проступает знак Гремилькара, старый, прежний, забытый…
Авторы: Бушков Александр
Гаржак, в отличие от большинства здесь веселившихся, русского пока не знал, но ему хватало ритма. Не зря его и Каниллу негласно признали лучшей танцевальной парой дворцовых балов, даже соперники и соперницы смирились с общим мнением. Вот они с Каниллой и танцевали бартек.
Ах, как они танцевали! Душа, радовалась. Задорный перестук каблуков, золотой волной взлетают волосы Каниллы, лицо Гаржака исполнено мужской солидности, они то расходятся, то сближаются, то кружатся, переплетя пальцы широко разведенных рук, так что их лица совсем близко, то Гаржак, заложив руки за спину, выкаблучивает на месте, а Канилла вьется вокруг него, подбоченясь обеими руками, безукоризненно выстукивая каблучками серебристых туфелек ритм бартека. Они танцевали так самозабвенно и красиво, что Элкон с Элиной и не пытались к ним присоединиться. Сварог старался изо всех сил:
Судя по их взглядам (один классик в великолепном романе назвал такие налаенными), по лицам, отрешенным от всего окружающего, по тому, что они словно бы составляли одно целое, все у этой парочки всерьез и надолго. Вот только (Сварога мимоходом царапнула грусть) на этот раз о веселой свадьбе и речи нет, собственно, и будущего у них нет…
Он отогнал эти верные, но неприятные сейчас мысли, с присвистом бил по струнам:
Когда песня кончилась, Сварог еще какое-то время наигрывал бравурную мелодию. Когда отзвучал последний протяжный аккорд, Канилла с Гаржаком словно бы проснулись далеко не сразу, с явным сожалением остановились, вернулись в свои кресла. Канилла на миг прижалась к Гаржаку, послав ему накаленный взгляд. Пожалуй что, не стоит затягивать вечеринку до поздней ночи, три пары будут только рады закончить ее уже через пару часов. Вот только Вердиана, бедолажка, ляжет спать в одиночестве, чего ей, судя по мечтательной, отрешенной улыбке, вряд ли хочется. Нет, нужно ускорить события, Баулдер сменится с караула утром, отоспится — молодому гланцу и нужно-то несколько часов крепкого сна, чтобы вновь стать бодрым и свежим — а завтра вечером Канилла устроит ему торжественный прием в члены Ассамблеи Боярышника, и дальше лишь нужно будет умело направлять события, в чем примет участие добрая половина членов Ассамблеи, все обставят так, заранее расписав сценарий и роли, что парочка ничего и не заподозрит, видя в происходящем естественный ход событий. Ну, а остальной половине следует мягко намекнуть, как именно следует себя вести, чтобы не оказаться помехой…
Искрящаяся зеленоватая струя «Сильванского ревеня» полилась в пузатые хрустальные бокалы с искуснейшей гравировкой и наведенным золотом вензелем Вердианы — точнее, герцогини Латери — под герцогской короной. Сварог перебирал струны уже чуточку лениво, собираясь вскоре объявить общий перепляс. Лучше всего сделать им вальторат — его
