Сколько ни искали Крепость Королей, так и не нашли… Можно было бы уже допустить, что таковой попросту не существует. Но не сомневался Сварог: существует и смертельную угрозу являет собой исключительно для Талара. Просыпаются чудовища в янтаре. На планету вечного лета опускается белоснежная тайна. Ровными алыми буквами в пол-локтя проступает знак Гремилькара, старый, прежний, забытый…
Авторы: Бушков Александр
писаными законами пренебрегают.
— Нет, женщины здесь носят две серьги, как и у нас. Просто… Здесь неподалеку есть остров, и там очень живописная полуразрушенная древняя крепость. Там я серьгу и нашла, в переходах. Красивая, правда? В Латеране обязательно закажу ювелиру вторую. Старинная работа, мне объяснили…
Не стоило посвящать ее в некоторые тонкости, которые Сварог как раз знал. В рамках той же психотерапии живописную полуразрушенную крепость построили три года назад по распоряжению доктора Латрока — а к подобным находкам очень грамотно подводит сопровождающий. Будь на ее месте мужчина, отыскал бы в переходах какой-нибудь старинный кинжал, благодаря мастерству древних оружейников, знавших хитрые сплавы, за столетия не тронутый ржавчиной, усыпанный самоцветами…
— Обязательно закажи, тебе идет, — сказал Сварог. — Может быть, еще и диадему с перстнями, получится вовсе уж красиво.
— Вы полагаете? Я обязательно подумаю. Меня обещали еще свозить в развалины на другом континенте, где попадаются старинные красивые фигурки из янтаря. Отец любит янтарь, у него небольшая коллекция… — она печально покривила губы. — На серьезную не хватало денег.
Бьюсь об заклад, и янтарные фигурки вышли из той же мастерской, подумал Сварог. Интересно, из каких мелочей складывается грамотная психотерапия. Как бы самому не подсунули в рамках экскурсии что-нибудь этакое. Да нет, не станут устраиваться начальству такие розыгрыши…
Узкий белый браслет на ее тонком запястье мелодично засвиристел, пару раз мигнула синяя лампочка.
Сварог глянул вопросительно — на устройство связи это никак не походило.
— Это напоминание, — пояснила Вердиана. — Через квадранс — ужин. Здесь нет какого-то строгого режима, но врачи говорят: для пользы организма пищу следует принимать регулярно, в одно и то же время.
— Ну да, мои лейб-медики мне давно уже плешь проели совершенно такими же наставлениями, — проворчал Сварог. — Со всевозможными высокоучеными терминами, половина из которых — пережиток древних веков, устаревший напрочь… Ну что же, пошли? Будешь все это забирать? — он кивнул на ее пожитки.
— Мне сказали — нет необходимости. Все равно здесь никого нет, кроме меня… и теперь вот вас. — Она гибко встала, накинула белый кружевной халатик, застегнув его лишь на половину пуговиц. — И словно бы решилась: — Лорд Сварог… Вы не отужинаете со мной? Коли уж вы сейчас не король, а имперский начальник, и строгий этикет, в общем, не действует. Вам же скучно будет сидеть одному в домике, к видео вы привыкли больше чем я…
— С удовольствием, — сказал Сварог.
Что ж, все складывалось само собой. И в самом деле, было бы скучно и глупо пялиться на экран — а какие еще развлечения оставались в этом тихом уголке?
— Ты так и ходишь босиком? — спросил он, когда они неторопливо направились к пузырям лифтов.
— Конечно, — безмятежно ответила Вердиана. — Здесь просто не обо что поранить ногу. — Она чуть смущенно улыбнулась. — Последний раз я бегала босиком в отцовском замке… захудалые дворяне частенько так и поступают…
— Послушай, — сказал Сварог. — Ничего, что я буду тебя звать сокращенным именем?
— Конечно, это привилегия королей и друзей.
Судя по очередному откровенному взгляду, ей хотелось, чтобы Сварог совмещал то и другое в одном лице.
— Можно, я буду звать тебя Диана?
— Это довольно необычно… Обычно меня зовут Верди.
Что поделать, не мог же он объяснять: для него «Верди» была в первую очередь мужская фамилия, знаменитая в том мире, о котором здесь ничегошеньки не знали.
— Тебе не нравится? — спросил Сварог.
— Ну что вы! Чуточку необычно, вот и все. А вообще — красиво. Нам вот сюда, я выбрала седьмой домик, как-никак счастливое число.
Домик и внутри был, как игрушечка — небольшая гостиная, она же столовая, со старинной мебелью и камином — единственной привязкой к современности оказался большой экран, но обрамленный узорчатой рамой с золочеными углами, как старинная картина. Справа виднелась крохотная кухонька без двери, где с трудом мог повернуться один-единственный человек. Ничего удивительного: готовить в старомодном смысле этого слова там не приходилось, достаточно доставать кушанья из замаскированного под старинную кирпичную печь кухонного автомата.
— Располагайтесь, как вам будет удобно, — Вердиана показала на низкий диван. — Я сейчас…
И ушла в единственную дверь в глубине гостиной — спальня, надо полагать. Вопреки обыкновению женщин уделять переодеванию больше времени, чем отнимает запряжка конно-артиллерийского полка, она появилась быстро, в вишневом платье наподобие халатика, опять таки
