Сколько ни искали Крепость Королей, так и не нашли… Можно было бы уже допустить, что таковой попросту не существует. Но не сомневался Сварог: существует и смертельную угрозу являет собой исключительно для Талара. Просыпаются чудовища в янтаре. На планету вечного лета опускается белоснежная тайна. Ровными алыми буквами в пол-локтя проступает знак Гремилькара, старый, прежний, забытый…
Авторы: Бушков Александр
Поэтому пришедшее от нее сообщение было коротким: «Свяжись со мной, светлый король, не заморачиваясь ночной порой. У миня и бисонница, и дела».
Действительно, едва Сварог набрал код, Грельфи уже через пару секунд возникла на экране — полностью одетая, сидела за массивным столом в своем кабинете, в том самом небольшом домике посреди большого запущенного сада. В здание побольше она перебираться отказалась давно и наотрез, твердя, что ей и этого хватает, агенты к ней идут не так уж чтобы вереницей, а бумаг у нее, как уже говорилось, мало, и служат у нее только люди с хорошей памятью, привыкшие держать все в голове.
— Не соскучишься с тобой, светлый король, — сказала она с постоянно ей присущей легкой сварливостью, с которой все знавшие ее давно свыклись. — Ну, так оно и жить веселее. Выслеживаешь паршивого ямурлакского вампира из недобитых, да старую стерву, вздумавшую наслать падеж на конюшню гвардейской казармы. Ничего интересного, на пятачок пучок, сколько их таких было… а тут ты подсовываешь интересное дельце, про которое и думать забыли. Я сама ни разу в жизни не сталкивалась, а история примечательная…
— Есть что-то? — жадно спросил Сварог.
— Ого-го! Еще немножко — и полный отчет можно давать. У отца Алекса в Багряной палате с полдюжины канцеляристов в архивах роются, чтоб составить для тебя полную картину, он там всех работать заставил, несмотря на ночь — полночь… ну да им не привыкать полуночничать, как и мне. Серьезное дело выходит…
— А в двух словах? — спросил Сварог.
— Пора бы тебе усвоить: сплошь и рядом в двух словах можно описать только, как кошки рожают, — отрезала старуха. — Нужно тебе прилететь самому, — она глянула куда-то через плечо Сварога, морщинистая беззубая физиономия расплылась в понимающей улыбке. — Можешь не срываться с места, как ошпаренный, несколько часов у тебя всяко есть, не горит. Как раз утречком и прилетай, все готово будет в лучшем виде…
Она залихватски подмигнула, и экран погас. Сварог обернулся. За спиной у него стояла Вердиана в том самом халатике из белоснежного кружева.
— Я не помешала? — спросила озабоченно. — Проснулась — а вас нет. В первый миг подумала даже, что мне все приснилось, но там, на стуле, ваша одежда и кобура с этой штукой…
— Ну что ты, — сказал Сварог. — Мы, собственно, закончили… Дел было — всего ничего. Садись.
Она присела на широкий темно-красный диван — умиротворенная, даже веселая, без тени вчерашней печали в глазах. Осторожно спросила:
— А это кто? Если мне можно знать…
— Милейшая старушка, — сказал Сварог. — Раньше была ведьмой, но давно исправилась и руководит целым департаментом по отлову черной нечисти. Надо вас как-нибудь познакомить. Между нами говоря, у старушки в последнее время появился большой пунктик. Жизнь у нее была, в молодости особенно, тяжелая и опасная, пару раз чуть на костре не сожгли, и не сказать, чтобы безвинно. Вот ей теперь и хочется в компенсацию за все прошлые лишения на приемах в знатных домах побывать. Ну, не так, чтобы стать завсегдатаем, но время от времени. Будешь ее принимать?
— Как любого из ваших друзей! — воскликнула Вердиана. — Со всем радушием!
— Не пожалеешь, — усмехнулся Сварог. — Бабка многое повидала, рассказчица хорошая, а уж по части анекдотов драгунского вахмистра за пояс заткнет… Что ты так рано подхватилась? Спать еще и спать…
— Сама не знаю. Толкнулось что-то. Я как-то уже начала чувствовать, когда вас нет рядом… У вас и здесь дела?
Сварог пожал плечами:
— А когда их не было у королей и чиновников — особенно когда оба поста оказываются причудливо перемешаны… — он погасил экран и отложил «портсигар» в сторону. — Ничего, это было недолго… Ну что, жизнь прекрасна и удивительна?
Вердиана прильнула к нему, прижалась щекой к его плечу. Лицо у нее было такое счастливое, что Сварог даже позавидовал чуточку. Сказала тихонечко:
— Я вам так благодарна…
— Диана, давай внесем кое-какую ясность, — сказал Сварог. — Если я от тебя еще хоть раз услышу какие-то благодарности, честное слово, рассержусь. И относиться к тебе буду совершенно иначе, мне это, правда, неприятно. Нет ровным счетом никаких причин для благодарности, понимаешь? Я просто-напросто не оставил тебя в беде, вот и все. Что мне практически ничего и не стоило. Не пришлось рубить чудовищ, бороться с нечистью, с затаившимися опасными врагами, совершать какие-то подвиги — крайне неприятное занятие, кстати, для того, кому приходилось с этим сталкиваться… И не более того. Ты же умница, должна понимать…
— Я понимаю, — заверила она серьезно. — Больше не буду, ни разу не услышите, — и робко улыбнулась, чуть приподняв голову, глядя ему в глаза. — Вот только…
