Чудовища в янтаре. Дыхание мороза

и тому подобные следы разрушения. Повернулся к неотступно сопровождавшему его маркизу:
— Что-то я не вижу на нем никаких следов… Инфразвуком били?
— Ну да, — кивнул Оклер. — Чтобы биологи не ныли потом, что им привезли ошметки. Оказалось, и на него инфразвук отлично действует. Правда, времени это отняло чуточку больше, чем следовало бы. То ли у него, как порой с животными случается, сердец более одного, то ли панцирь какое-то время защищал…
Оглядевшись, Сварог подобрал с земли обломок бруса длиной примерно в уард и без малейшей брезгливости — и не такое приходилось проделывать — сильно постучал по шестигранным пластинам, оказавшимся при ближайшем рассмотрении размером с тарелку. Ну да, судя по глухому костяному стуку, это действительно была не чешуя, а панцирь, наподобие черепашьего, только гораздо толще.
Подошел к тому, что с некоторой натяжкой можно было назвать головой. Собственно, головы как таковой не имелось — просто впереди часть туши словно бы срезана, широкая пасть ощерилась двумя рядами изогнутых желтых клыков, а выше — буркалы (нисколько не заслуживавшие звания глаз), с кулак величиной, мутно-серые, потухшие, числом четыре. Сварог невольно чуточку передернулся.
— Мерзость какая, — сказал он с чувством. — Пойдемте? Расскажете, что имел в виду старик. Вон там даже присесть можно…
Они присели на серый, нагретый солнцем камень неподалеку от крайнего дома — сразу видно, чертовски старый, вросший в землю, выщербленный, но все же сразу позволявший судить, что это дело человеческих рук. Некогда камень, близкий формой к обычному брусу, был довольно тщательно отесан. И более всего походил на единственное, что осталось от стоявшей здесь во времена почти былинные древней крепости — видывал Сварог нечто подобное.
Он закурил и вопросительно глянул на Оклера.
— Подобные твари не впервые появляются, всякий раз разные, — сказал маркиз. — У них есть длинное научное название — ученых ведь хлебом не корми, только дай приспособить к чему угодно длинное научное название, без этого им и жизнь не мила… Есть там и слова «неизвестной природы» — потому что за восемьсот лет так и не доискались, откуда они берутся, в то время как им совершенно не положено быть… Ну, а земные книжники и люди вроде этого гриота их еще в старые времена прозвали «чудищами из янтаря». Вам доводилось видеть куски янтаря с замурованной в них разной живностью вовсе уж древних времен… собственно, из тех периодов, которые книжники именуют «до начала времен»?
— Конечно, — сказал Сварог. — И не только здесь. Там, откуда я… пришел, тоже хватало такого янтаря.
Подробностями семейной жизни он делиться не стал, хотя они были совершенно приличными. Пару месяцев назад Яна всерьез увлеклась коллекционированием янтаря с древней живностью. Сама она ни о чем таком не просила, но чего не сделаешь для очаровательной супруги, крайне терпимо относившейся вдобавок к иным его выходкам. Пришлось поставить задачу Интагару, и в сжатые сроки появился целый отдел тайной полиции, прочесывавший антикварные лавки и надзиравший за янтарными месторождениями.
— Научно обоснованной версии до сих пор нет, — сказал Оклер. — Самая правдоподобная, как говорит профессор Марлок, — они неким загадочным образом попадают к нам с Соседних Страниц. Нечто вроде того случая, когда открылись некие врата, и к нам ворвались очаровательные пиратки из некоего Коргала… ну, вы эту историю знаете лучше меня, вы ведь были даже не очевидцем — участником… В общем, у нас нет научно подтвержденных версий. Книжники очень быстро выдвинули свою: все эти твари — здешние. Они много, много лет спали в некоем янтаре, подобно всем этим ящеркам-бабочкам, которыми торгуют антиквары. А потом отчего-то проснулись… — он ухмыльнулся. — А вот дальше… Как частенько случается и с земными учеными, и с нашими, объяснений предлагается десятка два, самых разных, и автор каждого уверен, что только он прав, но никто ничего не в состоянии доказать… Ни мы, ни они. Правда, у нас есть одно-единственное небольшое преимущество: мы точно знаем, что это невероятно древние твари, считавшиеся вымершими. Правда, это ничему не помогает и ничего не объясняет…
— Так, — сказал Сварог. — Давайте-ка с самого начала и по порядку. Чувствую, история длинная…
— Да, это тянется больше восьмисот лет… Собственно говоря, началось гораздо раньше, но когда именно, мы не знаем. Почему-то подробно описывать эти случаи и сохранять туши стали только восемьсот лет назад — но в одном из первых отчетов мельком упоминается, что «такое случается далеко не впервые». Самая старая известная нам книга, в которой впервые упоминаются чудовища из янтаря, написана более трех тысяч лет назад, это