Чудовища в янтаре. Дыхание мороза

жизни Талара как раз из его оставшейся незавершенной книги «Трижды семь писем». До этого имели хождение лишь смутные слухи, большей частью совершенно фантастические. Примерно в то же время на Сильвану отправился профессор географии Ремиденума Гильтонем Судоч, путешествовал по ней четыре года, написал объемистую (и вполне завершенную) книгу «Записки путешественника по Сильване, сделанные в меру своего ума и умения».
И что-то сдвинулось с мертвой точки. Меж двумя планетами стали летать книжники и ученые, а также особо любознательные (и любопытные) дворяне — правда, число тех и других не превышало примерно сотни в год, что на Таларе, что на Сильване. Порой у «соседей» пережидали опасные для себя времена имевшие к тому веские причины персонажи вроде знаменитого капитана Бугаса и ему подобных — те, кому на родной планете стало жарковато, но в «гончие списки» они все же не попали, а потому их выпускали во временную эмиграцию невозбранно. За эти полсотни с лишним лет в поисках лучшей доли с Талара на Сильвану (и наоборот) переселились тысячи по три мастеровых, вольных крестьян и просто незапятнанных с точки зрения закона искателей приключений. Этим все и ограничилось. Некоторое оживление имело место, но это никак нельзя было назвать потоком межпланетных странников. А коронованные особы от прежних традиций не отступили ни разу.
Единственное исключение — всевозможные купцы. Вот они-то как раз буквально сновали меж двумя планетами в превеликом множестве, перевозя разнообразные товары, иногда в немалом количестве, а то и целые табуны и отары (на Сильване очень ценились, особенно у дворянства, ратагайские кони, а на Таларе — сильванские тонкорунные овцы). Оборотистые торговцы возили на одну планету то, чего не произрастало или не имелось в недрах земли на другой: с Сильваны на Талар — горную березу, лазурит. На Таларе китов не было, а на Сильване они водились во множестве — так что оттуда шли еще китовый ус, амбра и сама китятина, считавшаяся на Таларе дорогим деликатесом. Точно так же с Талара везли то, чего не было на Сильване: некоторые разновидности мрамора, пещерный жемчуг, рубины (своих на Сильване имелось очень мало) и всевозможные полудрагоценные камни с острова Дике. Торговля шла бойко, купцы рвались с планеты на планету, отпихивая друг друга локтями (так что венценосцы на обеих планетах, усмотрев новый и обильный источник дохода, очень быстро ввели лицензии и стали взимать пошлины). Меж Таларом и Сильваной три раза в неделю курсировали особые виманы, изготовленные в виде обычных земных кораблей — но размером примерно с «Титаник», так что на нескольких палубах размещались не только товары, но и те самые табуны и отары.
Такая вот ситуация. Никто не мог доискаться, почему тысячелетиями держалось явное отчуждение и почему оно вдруг, если можно так выразиться, сломалось. Произошло, и все тут…
И так уж вышло, что свой первый в жизни полет на Сильвану Сварог совершал отнюдь не в виде служебной командировки. Сугубо частный визит. Чтобы выяснить, как обстоят дела у Вердианы, достаточно было бы пойти на узел связи, что в девятом столе, что в восьмом департаменте (или просто связаться с санаторием, как деликатно именовалась та клиника, из своего манора). Однако он, чуть поразмыслив, решил слетать сам.
Причин тут было несколько. Он все же внял советам доктора Латрока и решил понемногу избавляться от «синдрома штурвала», пока тот и в самом деле не перерос в нечто серьезное. А случай подворачивался удобный: ни на земле, ни за облаками не происходило ровным счетом ничего, требовавшего бы вмешательства или личного присутствия короля, начальника девятого стола, директора восьмого департамента. Одни текущие дела, с которыми превосходно справлялись и без Сварога.
И еще кое-что немаловажное. По сути, он на какое-то время лишился привычного круга общения — того, что состоял из заоблачных жителей. Все из-за Нериады. Там вот уже три дня пребывала Яна (и собиралась пробыть и дольше), туда улетели и Канцлер, и профессор Марлок — осмотреться своими глазами, изучать, исследовать. Вообще туда нахлынуло сотни две ларов из самых разнообразных контор и учреждений — от Магистериума с Технионом до всех, какие только имелись, спецслужб и Канцелярии земных дел. Все трудились, как пчелки, всем было чем заняться: ученые, от психологов с психиатрами до ботаников с зоологами, накинулись на новый объект исследований, как обжора на пирог с перепелками. Спецслужбисты, люди более приземленные и рациональные, вывели на орбиты штук тридцать орбиталов-наблюдателей и старательно искали, не обнаружится ли, если можно так выразиться, филиал Радианта, от которого следует ждать одних неприятностей. Один такой отыскали очень быстро — небольшую