Чудовища в янтаре. Дыхание мороза

один — реликт как-никак, о них давненько не слышали и почитали напрочь вымершими…
Сварог поднял к лицу правое запястье с браслетом:
— Внимание, всем полная готовность!
Герцог и Канилла неторопливо шли по коридору, поднялись по широкой лестнице с низкими ступеньками на второй этаж.
— Жуткая гроза… — с чувством сказала Канилла.
— Да, такой давненько не бывало, — согласился герцог. — В последний раз с полгода назад такое буйство стихий случалось… Вот и ваша комната. Желаю приятных сновидений.
— Какие там сновидения… — вздохнула Канилла. — Так громыхает, и эти молнии… Вряд ли я смогу заснуть, мне будет страшно одной, до утра буду трястись от страха. Я всегда боялась грозы, с детства.
В объективе появилось лицо герцога — и, судя по его выражению Канилла ему послала соответствующий взгляд: лукавый, многозначительный, исполненный не столь уж и скрытого намека. Кани — мастерица на такие взгляды, а герцог, можно с уверенностью сказать, из тех, кто такие взгляды прекрасно понимает. Похоже, ждать развития событий — и, соответственно, штурма — осталось недолго…
— Вы зря волнуетесь, Телиана (ага, уже без «лауретты»), — сказал герцог со всей галантностью. — На крыше с дюжину громоотводов, так что молнии опасаться не следует.
— Я понимаю, и все равно боюсь… Спокойной ночи, герцог.
— Приятных сновидений, — повторил герцог, поклонился и удалился по коридору.
Канилла вошла в отведенную ей комнату, притворив за собой дверь — ага, без засова и внутреннего замка, зачем они в богатом дворце, это и не принято… Большая комната, обставлена опять-таки роскошно — огромная Постель под балдахином, старинная мебель (судя по ее изяществу, комната изначально предназначалась для женщины), высокое зеркало в резной раме искусной работы. К нему Канилла и направилась, явно для того, чтобы показаться Сварогу — это было первое зеркало, у которого она оказалась во время визита в замок, так что Сварог представления не имел, как она сейчас выглядит. Даже надевать принесенное служанками платье и причесываться ей пришлось без зеркала. Что довольно странно. В богатом доме зеркала обычно повсюду, даже там, где они, собственно, и не особенно нужны. Меж тем ни в обширном холле замка, ни в коридорах, по которым Канилла до сих пор ходила, ни в помянутой ванной зеркал не было. Что придает игре дополнительный интерес — зеркал обычно не бывает в домах, где обитают или частенько бывают создания, которые их не переносят, поскольку либо вообще не отражаются в них, либо предстают в своем истинном обличье. Только так можно объяснить почти полное отсутствие зеркал, и никак иначе. Безусловно, это касается не самого герцога — Сварог прекрасно помнил, что в Латеранском дворце этот паскудник у зеркал оказывался часто — а сначала его к ним подводили искусными маневрами работавшие на Интагара придворные красотки: Сварог хотел окончательно удостовериться, что имеет дело с самым обычным человеком (в некоторых случаях его умение определять, кто перед ним, давало сбой — иные создания как-то ухитрялись ставить защиту, чем, кстати, невольно и обнаруживали если не свою сущность, то это свое не присущее обычным людям, насквозь предосудительное умение).
Так вот, герцог всякий раз, можно сказать, исправно отражался в зеркалах — и оставался в своем прежнем облике. С этой стороны с ним все чисто. Следовательно, вывод простой: замок часто навещают — или постоянно там живут другие, те, кому зеркала поперек черной души…
Канилла негромко произнесла — конечно же, для Сварога:
— Ну, как они меня нарядили? Вряд ли нарочно, ничего другого, быть может, не нашлось, но все равно вид у меня тот еще…
Сварог, разумеется, ничего не ответил: связь была односторонней, как обычно с такими устройствами и бывает. Однако вмиг признал, что Канилла совершенно права. Платье не по размеру сидит в облипочку, а подол оказался столь коротким, что даже проказница Канилла не появилась бы с таким в обществе. Крайне соблазнительный вид, особенно для отчаянно скучающего по новым впечатлениям завзятого потаскуна. Если смотреть с другой точки зрения, о которой герцог и не подозревает, оружие массового поражения приобрело законченность и изящество форм. Ловушка поставлена. Ну не может он не поцарапаться вскоре в дверь — и будет аккуратно взят. Опасности для Каниллы ни малейшей — в паре уардов у ее окна, как напротив всех прочих, повис брагант, десантники ворвутся моментально, если Сварог даст команду. Даже если — да в таких делах нужно просчитать все возможные варианты, все осложнения — герцог каким-то образом просек суть фермуара и в состоянии работу передатчиков заглушить (кто его знает, на что способен он сам или иные его постояльцы),