Сколько ни искали Крепость Королей, так и не нашли… Можно было бы уже допустить, что таковой попросту не существует. Но не сомневался Сварог: существует и смертельную угрозу являет собой исключительно для Талара. Просыпаются чудовища в янтаре. На планету вечного лета опускается белоснежная тайна. Ровными алыми буквами в пол-локтя проступает знак Гремилькара, старый, прежний, забытый…
Авторы: Бушков Александр
грузите в виманы — и наверх! — распорядился он. — Всем распоряжается лорд Аркейн, мой заместитель! Конец связи.
Он не видел необходимости мчаться туда самому — что бы он там обнаружил, ускользнувшее от пытливого взора экспертов (они вот-вот должны прибыть) и чем руководил бы? Со срочной эвакуацией справятся и без него, будем избегать «синдрома штурвала» насколько возможно…
Дверь бесцеремонно рванули на себя. Брагерт, на себя не похожий, закричал с порога:
— Командир! Там, на посадочной площадке…
Ни о чем не спрашивая, Сварог бросился за ним, прогрохотал по лестнице наверх, бросился к площадке — довольно большой, окруженной символической, по колено, оградкой с несколькими проходами. В четырех местах тусклым гнилушечьи-зеленым светом горели видимые только вблизи линии — это обозначали себя невидимые браганты, что бы кто-нибудь ненароком не налетел и не разбил нос.
И у ближайшего прохода лежал ничком человек. Не стоило и спрашивать, кто это — коли уж они ушли вдвоем, а Брагерт вернулся один, он ни за что бы не бросил подконвойного…
Брагерт грязно выругался сквозь зубы.
— Без лирики, — сказал Сварог. — Что случилось?
— Он шел впереди меня, на два шага, как подконвойному и полагается, когда был возле самого прохода, ударила короткая синяя молния. Излучатель типа «Блик», тут и гадать нечего. Прямо в лицо. И тут же один прямоугольник погас — брагант взлетел. Остался невидимым, конечно. Я не мог стрелять — куда? В кого? У меня не было «нокто», а простым глазом…
Сварог и сам знал, что невидимый брагант не увидит простым глазом и лар. Сцена из гангстерского фильма — вот только и фильмы порой берут сюжеты из жизни… У Сварога больше не было свидетеля, из чьей памяти можно извлечь лицо загадочной «четвертой» — не для того ли и затеяно? Другой мотив пока что в голову не лезет.
Разумеется, это кто-то свой. Разрушение лаборатории еще можно списать на неизвестные до конца возможности Черных Алхимиков, но только свой, лар, мог прилететь сюда на невидимом браганте и пустить в ход «Блик». Значит, есть некто и не только на земле — ну что же, мы выловили не всех, замешанных в те или иные заговоры…
И где теперь его искать? Под облаками нет службы слежения, фиксировавшей бы передвижения ларов, хотя Канцлер недавно говорил, что ее следовало бы создать на всякий случай — но все осталось на стадии разговоров…
Мысли лихорадочно прыгали. Его ведь и не вычислить, по крайней мере, в короткие сроки: в штурме участвовали четыреста с лишним человек, и еще восемьдесят с чем-то о нем знали. Тех, кого заранее можно исключить, наберется с десяток: Канцлер, Марлок, Яна, еще несколько. Поди найди тот ножичек…
А главное — сюда, в «Медвежью берлогу», может вот так прилететь кто угодно. Часовых у посадочной площадки не было с самого начала — четверо всегда дежурят в здании, но они выскочат, лишь получив сигнал тревоги от установленных на ограде датчиков. Другие датчики, следящие за небом, засекут лишь земной самолет — но не летательный аппарат ларов. Человек, установивший здесь систему безопасности, вне всяких подозрений — еще и оттого, что он о штурме не знал. Именно такую систему Сварог и одобрил — кто мог пред положить, что опасность с неба придет от своих?
Что же это за персона такая, четвертая девка, что ради нее приняты такие меры предосторожности? Бессмысленно гадать, но одно сомнению не подлежит: в очередном заговоре, о котором пока что ничего не известно, замешан как минимум один лар. Случалось и прежде, но всякий раз это как серпом…
