Чудовище

сдавил ему шею.
— Зачем мне твои деньги!
— Пощади… нужно же тебе хоть что-то! — плаксивым голосом говорил он.
Я надавил еще сильнее.
— У тебя нет того, что мне нужно.
Вор попытался лягнуть меня. Дохлый номер. Ему действительно было тяжело дышать, и он всхлипывал.
— Хочешь девчонку? — вдруг спросил он.
Я ослабил хватку, но мои когти глубоко вонзились ему в кожу.
Он закричал.
— Что? Я не ослышался? — спросил я.
— Нет. Так тебе нужна девчонка?
— Издеваешься? Я тебя предупреждал.
Однако вор почувствовал мой интерес и задергался, пытаясь высвободиться из моих когтей.
— У меня есть дочь.
— И что с того?
Я еще немного ослабил хватку, и он заелозил, стараясь отодвинуться подальше от окна.
— Моя дочь. Я отдам тебе ее, только отпусти.
— Зачем она мне?
— Это ты сам решишь. Я приведу ее к тебе.
Мерзавец, корчившийся от страха и ломки, явно врал. Придумал уловку, чтобы я его отпустил. Какой отец согласится отдать свою дочь? И кому? Чудовищу! Тем не менее…
— Я тебе не верю.
— Напрасно. Я говорю правду. У меня есть дочь. Красивая.
— Расскажи мне о ней. Я хочу убедиться, что ты не врешь. Сколько ей лет? Как ее зовут?
Он захихикал, полагая, что купил меня.
— Сколько лет? Вроде шестнадцать. Зовут Линди. Она любит… книги. Читает про разную чепуху. Возьми ее, делай с ней что захочешь. Она твоя. Только отпусти.
Похоже, он не врал. Я знал, что у наркоманов нет ничего святого. Папаша-наркоман вполне может продать собственную дочь. Шестнадцатилетнюю девчонку. Но сдержит ли он обещание? Может, его Линди — как раз то, что мне нужно?
Мне вспомнились слова Кендры:
«Иногда события принимают неожиданный поворот».
— Ей наверняка будет лучше без тебя, — сказал я и вдруг понял, что поверил этому негодяю.
Да кому угодно будет лучше без такого папочки! Я хотя бы помогу этой девчонке. Так я мысленно говорил себе.
— Ты прав, — всхлипывая, хихикал вор. — Ей будет лучше. Бери ее.
— Значит, так. Не позже чем через неделю приведешь сюда свою дочь. Она останется со мной.
— Конечно, — радостно хихикал он. — Как скажешь. А зачем ждать? Я пойду за ней прямо сейчас.
Я разгадал его трюк.
— Не надейся меня провести!
Я опять вцепился в вора. Его голова и плечи вновь повисли в воздухе на высоте пятого этажа. Он испуганно закричал, решив, что я передумал и вот-вот сброшу его вниз. Но вместо этого я показал ему камеры наблюдения.
— Видишь те игрушки? В доме их полно. Твое вторжение зафиксировано. Так что доказательств у меня больше чем достаточно. Но это еще не все.
Я схватил его за длинные грязные волосы и потащил к шкафу, где лежало зеркало Кендры.
— Покажи мне его дочь Линди, — велел я зеркалу.
Мое уродливое отражение исчезло. В зеркале появилась кровать, на которой спала какая-то девчонка. Потом изображение стало крупнее. Я увидел длинную рыжую косу. Потом лицо. Линди! Линди Оуэнс. Девчонка из моей бывшей школы. Та, кому я подарил помятую розу. Та, за кем я наблюдал душными августовскими днями. Неужели Линди — дочь этого ничтожества? Теперь понятно, почему его физиономия показалась мне знакомой.
— Это она? — спросил я, поворачивая зеркало к нему.
— Как тебе…
— Не твое дело, — перебил я. — А теперь я хочу видеть адрес, — велел я зеркалу.
В зеркале появилась табличка с названием улицы и номером дома.
— Тебе не улизнуть, — сказал я, поднося зеркало к его мерзкой роже. — Я знаю, где тебя искать. И знаю, кто ты, — добавил я, глядя на водительское удостоверение. — Поэтому, Дэниел Оуэнс, если ты не вернешься с дочерью, тебя ждут ужасные последствия. Я тебя найду.
«Тебя ждут ужасные последствия».
Это тоже фраза из какого-то романа. Из какого? Ладно, потом вспомню.
— Я могу заявить в полицию, — вдруг сказал папаша Оуэнс.
— Можешь. Но не заявишь, поскольку это не в твоих интересах.
Я поволок его вниз, подвел к оранжерее и кивком головы указал на разбитое стекло.
— Надеюсь, мы поняли друг друга.
Он кивнул.
— Не беспокойся. Я ее приведу.
Оуэнс попытался забрать у меня удостоверение и мешочек с героином.
— Завтра же приведу, — пообещал он.
— Не завтра, а через неделю. Мне нужно время, чтобы подготовиться. А твои улики пока останутся у меня. В залог твоего возвращения.
Я открыл калитку и вытолкал его на улицу. По-воровски озираясь, Оуэнс быстро зашагал прочь и вскоре растворился в ночи. Вор и есть вор.
Я поднялся наверх, думая проследить за Оуэнсом, однако он исчез из моего поля зрения. Я стал спускаться, перепрыгивая через ступеньки. Линди!