Чужак 3

скупить награбленное добро, ремесленники, ну эти понятно почему, и ночники. Куда без них? Но тут им не здесь. Судей, прокуроров и адвокатов нет. Вот палачей, так сколько угодно. В пограничье очень трепетное отношение к собственности. Да и хлюпиков здесь нет. А вот деревья есть, много деревьев с толстыми ветками.
– За успех!
Согласен. Авантюра закончилась успешно. Итоги нашей эскапады великолепны. Добыча – это само собой. Главное другое. На ближайшее десятилетие, а то и больше никаких территориальных конфликтов с королевством не предвидится. Только когда пройдут годы, и память о битве на поле Мести потускнеет, только тогда могут начаться нездоровые тенденции. Но и это вряд ли. Это самый плохой вариант. А так, лет пятьдесят мира и спокойствия. Здесь срок жизни больше, чем на Земле. Восточные бароны, которые теперь стали и западными баронами, с легким недоумением будут посматривать на энтузиастов конфликта с нашим анклавом. Посмотрят, посмотрят, а потом потянутся за мечами. Нечего на соратников наговаривать. Мы вместе кровь проливали, стояли спина к спине. Ты там был? Нет! Так сейчас будешь. Нет, не совсем там, а совсем мертвым. Не знаю, что может произойти, чтобы между вольными и восточными баронами произошло резкое охлаждение дружбы, политой кровью. Если бы не анархисты, то итог битвы был бы другим. Мы стали не соломинкой, а бревном, которое погрузили в КАМАЗ, и его кузов лопнул по швам.
– За павших!
За это я выпью стоя. Я был не один. Поднялись все. Вся тысяча человек, сидевшая в главном зале. Поднялись бароны, поднялись их жены, сыновья и дочери. Поднялись дружинники, одни из них дико завидовали своим поднявшимся соседям по столу, завидовали тем, кто был на поле Мести. Поднялись коты и кошки, которые находились здесь. Замерли служанки, которых Третий допустил к своим прямым обязанностям. Даже этот параноик после битвы почти перестал подозревать всех, кто не относился к клану Рыси, в подготовке моего убийства и захвата замка. Я потерял в бою своих воинов. Грустно, но они воины. А завтра я буду присутствовать на церемонии, которую будет проводить Второй. Семь котят станут котами и получат второе имя. Это жизнь. Одни умирают, а другие приходят на их место. Когда-нибудь и на мое место придет другой. Это жизнь, и не все зависит от меня. Я тоже могу пропустить сталь или заклинание в свое тело. Лучше так, чем по-другому. Так лучше, чем в постели.
– За жизнь!
Правильно. Мертвые это прошлое. Надо смотреть в будущее. Там жизнь, а позади только смерть. Надо веселиться и вспоминать мертвых добрым словом. Вспоминать их шутки или шутки над ними. Это тризна. Тризна – самое угодное Ему и им дело. Прочь печаль. Пусть им там будет хорошо. А они оттуда будут смотреть на нас и радоваться жизни. Нашей жизни и своей, которую они прожили не зря. А теперь время. Время прощания, как я надеюсь, недолгого. Я специально ничего не сказал профу и номерам. Я боюсь, что они могут меня наедине переубедить. Сейчас я сожгу за собой мосты. Охотник сказал – охотник сделал.
– Господа и леди, – поднявшись, я обратился к залу. – Я очень рад, что приехал сюда. Что приехал в Вольные баронства.
Меня прервал крик всеобщего одобрямса. Помахать им ручкой, мол, отстаньте противные? Счааз.
– Друзья! – мой крик пробился через рев зрителей. – Хватит. Я не закончил.
Постепенно болельщики успокоились. Номера и Колар напряглись. Чуют уже. Хватит. Я уже сделал первый шаг, надо делать остальные.
– Я рад, что приехал, но теперь у меня есть дела, которые требуют моего внимания, и я через неделю покину вас на несколько месяцев. Бывает. Сердечные дела.
Зал одобрительно заревел, затопал ногами и засвистел. Прошло. А что именно за сердечные дела, им знать не надо. Я сказал правду. Если погибнут те, которые мне дороги, погибнут из-за меня, это будут сердечные дела.
– Как романтично!
Опять Лотра энд компани произвели сокращение объема грудной клетки. Понятно. Я еду за своей женой. Да пусть думают, что хотят.
– Пожелайте мне успеха и удачи, – крикнул я в зал и сел.
Что тут началось! Камасутра, Джеймс-который-Бонд не просто отдыхают, они никогда не существовали. А теперь пьянка. Меня ждет с утра допрос с пристрастием. Чтобы он не начался вечером, нужно напиться.

– Блин, Ойла и Лона, я вас предупреждаю. Буль. Я вас высеку. Буль. Нет, точно вы… Буль. До этого я не применял… Буль. … физические наказа… Буль.

– Так что именно, барон, Вы хотели с нами сделать? – поинтересовалась Юлга.
Так, она откуда здесь? На процедуре моего умывания в ванной ее не было.
– Да, – добавила Ойла. – Мы все ждем и ждем, а Вы только обещаете.
– И что я обещал? – хмуро поинтересовался я.
– Что Вы нас вы.., – совершенно