паленой шерсти, вой бхута. Милый, это только начало нашего интима. Тело пса, почти перерубленного пополам, начало плыть. Пара секунд и передо мной встал великан. Умная тварь, теперь его мечами взять трудно. Метательные ножи и франциски стали слетать с моих рук. И что он так орет? Хочет очередного землетрясения. Стоп. Анализ. Синема плюс.
Я влил почти всю оставшуюся силу в молнии, которые скользнули в клинки. Два шага в сторону. Клайд разрезал брюхо твари. Резкий запах паленой шерсти, булькающий рев бхута. Айдал рубанул по комку кишок, который вывалился из твари. Отлично. Теперь кое-кому будет сложно питаться.
– Герцогиня, – прошептал я, – мне кажется, что ты это делаешь зря. Я и так готов к длительному сражению.
Алиана мне улыбнулась, покачала головой и продолжила свое занятие. М-да. Говорить по техническим причинам она не может. Совсем я испортил девчонку. Каких только вредных привычек не наберется благородная леди, плотно общаясь с бароном, охотником и рейнджером в одном флаконе. Хотя, мне грех жаловаться. Такое пробуждение будет приятно любому мужчине. А девчонка здорово продвинулась в техническом плане и не только в этом действе. Как я там говорил? Интеллект, интеллект. Какой интеллект? Постель, вот достижение цивилизации, а не что-то еще. Что делать, если камасутру скоро начнут преподавать в начальных классах? Про интернет и говорить нечего. Так, хватит. Огонь приближается к крюйт-камере фрегата.
– Алиана, иди ко мне, – сказал я.
Блин. Эта развратница только усилила натиск. Точно, я испортил девчонку. Начал с волчиц, теперь вот добрался и до принцессы. Я половой хулиган. Блин! Хватит. Я попытался потянуть девчонку на себя. Счааз. Мои руки были отброшены в сторону, а перед моим носом нарисовался кулачек девчонки. Что у нее за страсть к физическому насилию, к такому беззащитному мне? Блин! Эла, прекрати немедленно. Так. Семью семь – сорок девять. Тесак состоит из плетений водяная плеть и воздушный хлыст, переплетенных, масло масленое, ха-ха, между собой и имеющих общее наполнение внутренней силой. Материальная основа, вода собственного тела, поэтому дальность плетения ограничена несколькими метрами. Вообще, чем меньше расстояние, тем лучше. Хлыст, спиралью обвивающий плеть, обеспечивает эффект пилы. Частая активация данной разработки приводит к обезвоживанию организма. Блин! Семью восемь – двадцать два. Нет, двадцать три. Блин!!!!!!!!
Эла, я сейчас тобой займусь. Вот только отдышусь, подожду, пока ты закончишь полностью свое действо, испорченная девчонка, блин, как хорошо и покажу тебе мать Кузьмы. А если бы кто-то зашел? Твоя репутация была бы сильно подпорчена. Хотя и так уже от нее ничего не осталось.
– Иди ко мне, развратница, – прошептал я. – Думаю, что скоро тебе придется заняться самолечением, иначе на лошади ты не сможешь усидеть.
– Обещаешь? – улыбнулась девчонка.
– Клянусь, – тихо прорычал я и подмял эту прелесть под себя.
Да, уже не утро. Уже скоро обед. Я опустил полог палатки. За спиной появился всплеск силы Жизни. Вот и скромница немного пришла в себя. А то дай отдышаться. Я сейчас ничего не могу сделать. Ты меня обесчестил, унизил и вымотал. Как можно делать такое с порядочной девушкой? Хм. Это она так думает, я еще не сделал с ней все, что можно сделать с ласковой и страстной женщиной. Что там было дальше? А, ты гад. Ночью, чтобы повторил, а то изобью. Во время небольшого уточнения, что именно я должен повторить, я стал обладателем еще пары флаконов розового тумана, эликсира жизни, в количестве шести штук и парочки других снадобий. У Алианы в мешке путника, это о птичках, оказалась целая аптека. Я буду не я, если перед отправкой домой запас снадобий девчонки не сократится самым катастрофическим образом. В столице ей эти эликсиры не нужны, а здесь их не купишь. Вернее, купишь, но не всю номенклатуру и не такого качества. После привыкания к продукции Лага, я на контрафакт даже не смотрю.
– Все нормально? – поинтересовался Ронк.
– Все отлично, – заверил его я, – через несколько минут из палатки Элы выскочит весьма счастливый вихрь. Есть только одна проблема, – совершенно серьезно сказал я.
– Какая? – насторожился Ронк.
– У Элы нет запасной подушки, а ее походная пришла в полную негодность. Порвалась. У девчонки острые зубки.
Ронк тихо засмеялся, хлопнул меня по плечу и отошел к остальной компании, которая пыталась приготовит еду. М-да. Перевод продуктов, вот как это называется. Я зашел в свою палатку. Неужели туристы мужского пола, вместе с примкнувшим к ним Лоракам, думают, что это будет съедобно? Я накинул на себя кольчугу. Счааз. Сами пусть
