Узнав об измене мужа, Маша сбегает в деревню. Наслаждаться тишиной и уединением ей мешает сосед — грубый и невоспитанный мужчина с отвратительными манерами. Наглая девица, нарушившая размеренную жизнь, раздражает Михаила. Он делает все, чтобы Маша уехала обратно в город. Однако тактику приходится менять, когда он узнает, что соседка беременна.
Авторы: Мила Ваниль
мог ни в чем ей отказать. Обычно отец смотрел на Машу виноватыми глазами, но поддерживал жену во всем.
— Что случилось, моя черешенка? — спросил отец, когда мама упала в его объятия, сотрясаясь от рыданий.
Маша тихонько присела на краешек кровати. Театральное представление в самом разгаре, но у нее нет никакого желания в нем участвовать. Ей надо думать о ребенке.
— Она… она беременна! — прорыдала мама, заламывая руки.
— Правда?! — Отец засиял от радости. — Машенька, наконец-то!
— Не от Толика! — пригвоздила мама.
— Э-э-э… Нет, не может быть. Ты что-то не так поняла.
Маша улыбнулась отцу.
— От этого деревенского мужика! — воскликнула мама.
«Правда?!» — Вопрос читался в изумленном взгляде отца.
«Нет…» — Маша покачала головой и развела руками.
— Маша, а почему ты ушла от Анатолия? — спросил отец, улучив момент.
Мама картинно рыдала и сморкалась в платочек.
— Потому что он кобель и предатель, — ответила Маша. — И я больше ничего не хочу о нем слышать. Можете его усыновить, вместо меня. Но я к нему никогда не вернусь.
— Доча, но ты же в положении…
— Это мой ребенок.
— Жора, Толик не мог, — пожаловалась мама отцу. — Он такой хороший мальчик…
— Знаешь, Люся, мы свою дочь тоже не под забором нашли, — довольно резко ответил ей отец.
Маша даже удивилась, не ожидала от него такой поддержки.
— Думаю, стоит поговорить с зятем, а не мучить Машу скандалами, — добавил он. — Ты убедилась, с ней все в порядке. Крыша над головой есть. Поехали домой.
— Жо-о-ора! — взвыла мама. — Но как же?..
— Маша, может, с нами вернешься? — спросил отец, игнорируя очередной приступ негодования.
Маша в ужасе замотала головой.
— Пап, тут хорошо, — сказала она. — Дом уютный, у меня все есть. Тут воздух чище.
Он кивнул и под локоток вытащил маму на терраску. Маша вздохнула и пошла следом, провожать. Мама филигранно умела закатывать истерики и изводила ими и ее, и отца, сколько Маша себя помнила. Однако отец ее любил, а Маша старалась прощать и не обращать внимания. Матушка чем-то напоминала ей миссис Беннет из книги Остин «Гордость и предубеждение» — такая же недалекая и капризная, с таким же маниакальным желанием видеть дочь замужем.
На полпути к машине мама вырвалась и помчалась по вскопанной земле к соседскому забору. Маша охнула и прикрыла рот рукой. Михаил поливал грядки на своем участке.
— Ты! Бык-осеменитель!
— Мама, не надо!
Маша бросилась к ней, да куда там! Теперь маму не смог бы остановить даже бронепоезд.
Михаил повернулся к забору, перекрыв воду.
— Простите, вы это мне?
— Мама!
— Люся!
Никакой реакции.
— Как не стыдно! Вы разбили чужую семью!
В приступе патетики мама легко переходила с «вы» на «ты» и наоборот, а ругательства искусно маскировала изысканными фразами.
Михаил вопросительно посмотрел на Машу. Она не знала, куда деваться от стыда. И чем она думала, подтверждая мамины бредовые мысли?! Они с соседом только-только помирились…
— Люся! Поехали домой, моя черешенка!
Отец обходил маму с тылу, намереваясь произвести захват. К счастью, Михаил не отвечал на гневные мамины тирады. Он застыл, как суслик в степи, «столбиком».
— Вы сломали жизнь моему… А-а-а!
Маша и сама испугалась и чуть не взвизгнула, когда струя воды из шланга окатила маму с головы до ног.
— А-а-а! — вопила мама. — Ты! Ты! Вы! Это!
— Ой, простите, — невозмутимо произнес Михаил. — Палец соскочил.
— Люся! — Отец все же потерял терпение. — Марш в машину!
Ошеломленная мама вдруг послушалась и обмякла на муже.
— Отведи меня, Жорик…
— Доча, включи телефон, — попросил отец, запихнув жену на переднее сидение. — Я тебе позвоню.
— Хорошо, пап, — вздохнула Маша.
Когда машина скрылась за поворотом, она посмотрела на соседский участок. По-хорошему, надо извиниться за скандал, устроенный мамой. И за собственную глупость. Однако Михаила за забором уже не было.
Маша поплелась домой. Завтра, все — завтра.
Мамина истерика отняла последние силы. Маша даже посуду бросила немытой, заперла дверь и, не раздеваясь, упала на кровать.
Насыщенный выдался денек. Ноги гудели от усталости, голова — от стресса. Хуже всего, это не конец истории. Мама непременно обсудит Машину беременность с Толиком, и неизвестно, во что все это выльется. Но больше всего Машу беспокоил сосед. Какая же она свинья! Так его подставила…
Сон не шел. Поворочавшись, Маша решила, что ей не хватает воздуха. Она накинула теплый платок и вышла на терраску. Уже стемнело. Лампочку над входной дверью
