Чужая беременная

передумала? — возмутилась Маша. И чуть не согнулась пополам от приступа тошноты. — Ой… Я…
Времени на объяснения не осталось, она убежала в ванную. Прекрасное начало дня! Мало того, что проспала, так еще и мужские посиделки на кухне. Интересно, и что они обсуждали? Ладно, Колька свой, и вообще, это его дом и его кухня. А перед Михаилом стыдно.
Маша умылась и, расчесывая волосы, призадумалась, с каких это пор ей стало неудобно появляться перед соседом спросонья. Он вообще не заморачивался приличиями, вспомнить хотя бы водные процедуры!
Когда она вернулась на кухню, Михаила там уже не было.
— А где… — растерянно спросила она.
— Ушел, дела у него, — ответил Коля. — Сядь, поешь. Чаю тебе налить?
— Завари из мешочка, там на второй полке…
— Да Михаил заварил уже.
— Что он вообще тут делал? — вырвалось у Маши.
— Я пригласил. Не надо было?
— Это твой дом. А чай — почему он?
— Машуль, сядь, успокойся. Чего ты завелась? — миролюбиво предложил Коля. — Я тебе все расскажу.
— Уж расскажи, будь добр…
Маша и сама не понимала, отчего то ворчит, то возмущается. Гормоны, что ли? Она села за стол и отпила чаю, чтоб быстрее приглушить тошноту.
Оказалось, Коля приехал около получаса назад. Михаил встретил его у ворот, похоже, случайно. Правда, у Маши мелькнула мысль, что он поджидал Колю. А иначе почему попросил не будить ее? Мол, не факт, что она будет подавать на развод, вчера муж приезжал, кто знает, до чего они договорились. Это вообще как?! Маша даже губы поджала, не ожидала от Михаила такого коварства. Сплетник! Мало того, что подслушивал, так еще и Коле свою версию событий передал. У-у-у!
— Маш, ты остынь. — Вот уж кому спокойствия не занимать! — Мне думается, мотивы у Михаила иные.
— И какие же?
— Он о тебе заботится, как умеет. Поспала ты лишние полчаса, кому от этого хуже? Позавтракаешь — и поедем в Москву.
— Почему он вообще обо мне заботится?
— А ты глупая, сама не понимаешь? — усмехнулся Коля. — Нравишься ты ему.
— Чего?! — За возмущением Маша попыталась скрыть смущение. — Я… я замужем.
— Аргумент. И едешь подавать на развод. Если не передумала.
— Да не передумала я… — Она схватилась за голову. — Коль… А это плохо?
— Что именно, рыбка моя? Ты нравишься мужчинам, что в этом плохого?
— Нет… то, что мне… — Она покраснела. — Нет, забудь.
Маша не хотела обсуждать свои сомнения ни с кем, даже с другом. Самой бы разобраться, что она чувствует и чего хочет. Пока ясно одно, несмотря на то, что муж вчера ковриком перед ней стелился, разводиться она не передумала. И очень удачно прихватила со своими документами свидетельство о браке, иначе и его пришлось бы отбивать у Толика с боем.
Маша наскоро убрала со стола и обнаружила, что вчерашняя посуда вымыта и расставлена по местам.
— Коль, ты тут похозяйничал? — спросила Маша, заглядывая в холодильник.
— Нет, я только чайник поставил.
Да, точно. И молоко, за которым она вчера не сходила, в холодильнике. Значит, и тут Михаил расстарался. И пледом на ночь он ее укрыл? Ох, и не нравится ей все это… Потому что нравится!
Раздираемая противоречиями, Маша переоделась, заперла дом и подошла к машине.
— Соседа предупредить не хочешь? — поинтересовался Коля.
— О чем?
— Может, в Москве переночуешь. Маш, я могу не успеть отвезти тебя обратно.
— Ой, точно… Я быстро.
Михаил колол дрова. Лорд беспрепятственно пропустил Машу на участок, и она пошла на звонкие звуки колуна. Адриано Челентано в «Укрощении строптивого», бесспорно, был красив в сцене с дровами. Однако Михаил, по мнению Маши, был бесподобен. Они с топором очень шли друг другу. Если бы не Колькин клаксон, она бы так и смотрела на завораживающее зрелище.
Увы! Коля решил ее поторопить, и Михаил тоже услышал сигнал, с гулким стуком вогнал колун в пень и обернулся к Маше.
— Чего тебе? — неласково спросил он.
Она подумала, что почти все их разговоры начинаются вот так.
«Ты чего приперлась?»
Это никак не вязалось с тем, что сказал ей Коля. «Ты ему нравишься». И с тем, что делал сам Михаил. Поэтому Маша не обиделась, а улыбнулась.
— Спасибо за помощь, — сказала она. — Я, наверное, только завтра вернусь.
— Мне-то что… — проворчал сосед.
— Просто предупреждаю, что молока не надо, — парировала Маша.
Пусть не думает, что она имела в виду что-то еще.
— Хорошо.
Михаил повернулся к ней спиной и выдернул из пня колун. Коля снова нажал на клаксон.
— Да иду уже… — простонала Маша себе под нос и убежала к машине.
Зря он вчера поперся в дом к Марусе, зря. Михаил поставил на пень очередное