Мне «повезло» родиться сиротой, оставленной на пороге монастырского приюта, где я провела «лучшие» восемнадцать лет своей жизни. А потом повезло еще раз — спасти от лап разбойников богатую леди, которая оказалась как две капли воды похожа на меня.
Авторы: Субботина Айя
желающих выйти в мир людей и устроить им кровавую бойню. Я чувствую, что моя рогатая «бабка» старается изо всех сил, но у нее ничего не получается. Как будто еще немного — и вся ее сущность будет полностью подчинена мне.
Странны неизвестные до этого дня чувства.
Ощущение власти, которая все эти годы таилась во мне и просто ждала своего часа. Этому не нужно учиться — я владею своим даром так же легко, как своими руками, и ногами.
И если приложить каплю стараний и подавить ее сопротивление окончательно, то, может быть, я смогла бы даже заставить все в этом месте подчиняться мне, а не ей?
— Нет, — она яростно мотает рогатой головой. — Тебе никогда не хватит сил, маленькая грязная полукровка!
На миг, но я все же теряю контроль над ее мыслями, и пропускаю резкий взмах тяжелого хвоста, который сшибает меня с ног. Удар такой мощный, что отлетаю к ближайшей колонне и бьюсь об нее спиной. Но не падаю, потому что шипастые лозы тут же обвиваются вокруг меня, сковывают по рукам и ногам, и обматывают шею тугими петлями так туго, что едва могу дышать.
Несколько минут Владычица держится на расстоянии, пытаясь отдышаться.
От ее благостного вида не осталось и следа, разъярённый алый взгляд полон едва сдерживаемой ярости. Если бы я не была важным звеном ее планов — она бы давно разорвала меня на клочки, и ни мгновения не жалела бы об этом.
Я прикрываю глаза и силой душу в себе спасительную мысль.
Все просто.
Нужно лишь еще немного позлить ее.
— И это все? — Выдавливаю из себя издевательский смех. — Тобой так просто управлять? Тогда советую тебе не высовывать нос из Бездны, потому что Инквизитор тобой подотрется и не поморщится.
Она что-то шипит себе под нос, ступает в мою сторону и лозы сильнее стягивают мое тело. До хруста костей, до болезненных судорог в тех местах, где шипи прокалывают кожу.
Нужно еще немного потерпеть… и все будет кончено.
— Ты жалкая, — хриплю едва слышно, потому что петли на шее почти лишают возможности дышать. — И у тебя ничего не получится…
Она уже здесь, у самого моего носа, скалит громадные клыки и заносит лапу для удара. Конечно, это не когти-бритвы Балора, но и они запросто меня исполосуют.
Лучше так.
Быстрая смерть. И, может, Плачущий простит мою ложь.
— Остановитесь, моя госпожа! — слышу знакомый голос химера и взгляд Владычицы стремительно проясняется.
Плачущий, как не вовремя!
Рогатая демонесса отступает и ее лицо снова становится непроницаемым.
— Она нужна всем нам, — вкрадчиво продолжает Соул, занимая место за правым плечом своей хозяйки.
— Она хотела меня спровоцировать. Хотела, чтобы я избавилась от нее. — Владычица больше не смотрит на меня, как на ценную находку — теперь я просто приговоренная исполнить свое предназначение мошка, которой не дадут выбраться из паутины. — Убери ее с моих глаз. Туда, где она будет в безопасности.
— Слушаюсь, моя госпожа.
Невидимая сила отрывает мое тело от колонны вместе с путами. Я вишу над полом как будто кокон, и когда Соул проходит мимо — невидимая сила тянет меня следом.
Я хочу сказать, какой он мерзкий, но лоза тут же пережимает мне рот, лишая возможности даже мычать.
— Твой драгоценный Рэйвен взял у меня эликсир Забвения, — слышу его безразличный голос. — Знаешь, что это?
Даже если бы я могла ответить — все равно бы не смогла.
— Он как-то напился вдрызг, пришел ко мне и несколько часов каялся, каким мерзким себя чувствует, потому что любит невесту своего лучшего друга. Знаешь, — в голосе химер появляются задумчивые нотки, — я впервые видел его таким… живым. И таким бестолково влюбленным. Чувства делают из людей идиотов, согласна?
Влюбленным?
Влюбленным… в меня?
Мне не хотелось плакать, когда мое тело дрожало от боли. Не хотелось, когда я мысленно приготовилась принять смерть. А сейчас я чувствую, как слезы стремительно набегают на глаза и стекают вниз по вискам.
Мой уставший Нокс.
Мой милый любимый Нокс.
Я почти не помню, как оказываюсь распятая в прочной паутине. Вишу в ней, как глупая бабочка, и каждое движение приводит лишь к тому, что меня затягивает внутрь все глубже и все сильнее. Невидимые пауки-ткачи усердно ткут вокруг меня прочный кокон.
— Трагедия, госпожа, состоит в том, — Химер стоит напротив, заложив руки за спину и в гробовой тишине слышны легкие позвякивания колокольчиков на его рогах, — что теперь одному из вас суждено убить другого. Только, я полагаю,
