Мне «повезло» родиться сиротой, оставленной на пороге монастырского приюта, где я провела «лучшие» восемнадцать лет своей жизни. А потом повезло еще раз — спасти от лап разбойников богатую леди, которая оказалась как две капли воды похожа на меня.
Авторы: Субботина Айя
говорю на ухо моей монашке.
Она испуганно округляет глаза, когда я, вспомнив лихую молодость, вытягиваю ноги и легко поднимаюсь в полный рост, раскинув руки для балансировки. Когда-то я запросто скакал стоя на спине лошади. И при этом умудрялся стрелять из арбалета (весьма прицельно!) или махать мечом. Но дракон — не вышколенный боевой конь, и ему явно не по душе, что по его спине топчется непонятная двуногая тварь. Так что приходится проявить чудеса сноровки, чтобы удержаться равновесие, когда он встряхивается, явно чтобы избавиться от неприятной ноши.
— Прости, — извиняется Тиль, пытаясь поймать мою ладонь. — Не надо, Рэйвен! Это опасно!
Я знаю, что опасно, но лучше проглочу собственный язык, чем дам ей усомниться в том, что мне это абсолютно по силам.
— Я туда и назад, Ваше Величество, — подмигиваю ей с высоты своего роста.
Она мгновение колеблется, а потом ее лицо расслабляется, и пальцы медленно освобождают мою руку. Бравада мне всегда удавалась исключительно хорошо.
Когда железная «заплатка», наконец, появляется в пределах моей досягаемости, я делаю глубокий вдох, прежде чем вытащить за шиворот всех своих демонов. Тьма стремительно наполняет меня, тянется вверх, потому что здесь ей есть чем поживиться — я чувствую покалывание в кончиках пальцев, потому что кристаллы Игниса прямо здесь, и их жар чувствуется даже сквозь толстую обшивку корабля.
Вытягиваю ладони, хватаю «заплатку» взглядом и с силой тяну на себя.
Сначала она совсем не поддается, как будто прикручена намертво, но я собираюсь с силами и пробую снова. Если бы я не был так голоден и все еще утыкан свежими ранами, я бы справился с ней с первого раза. А сейчас каждая нова попытка приносит порцию алых искр перед глазами и то, что я до сих пор не свалился башкой вниз, легко можно назвать чудом.
Но пластина, наконец, поддается. Сначала почти незаметно прогибается внутрь, потом вмятина становится похожей на удар кузнечным молотом, а потом края «заплатки» отстают от корпуса. Воздух со свистом втягивается внутрь, и я использую этот момент, чтобы «мысленным пинком» окончательно затолкать ее внутрь.
В образовавшейся дыре хорошо видны части механизма — валики, сложные сцепления шестеренок. Влезть туда будет не так уж просто, но я…
— Нокс?
Я не сразу соображаю, почему голос Тиль звучит у меня в башке, а не в ушах. Сначала даже трясу головой, пытаясь справиться с наваждением, но она снова зовет меня, и только потом я понимаю, что на самом деле медленно опускаюсь на колени, растекаясь по драконьей туше, словно кисель.
— Тиль… — Едва могу шевелить языком.
Бездна задери, да что она творит! Нашла время показывать свои выращенные из Тьмы фокусы!
Глаза предательски закрываются сами собой.
Я борюсь с этой навеянной усталостью, но веки начинают предательски слипаться.
Проклятья, да что она…
— Спасибо, что были таким чудесным, Нокс. — Теплые губы касаются моей безобразно колющей щеки, задерживаются чуть дольше, чем положено для простого вежливого поцелуя. Мягкий влажный шлепок мне на переносицу, и когда капля стекает к моим губам, я чувствую соленый вкус слез моей маленькой отважной монашки. — Но теперь это не ваша война. Мы оба знаем, для чего я была создана, и будет лучше, если Артания больше никогда не будет жить в страхе, что рано или поздно кому-то когда-то удастся использовать одну глупую девчонку как Смертельное оружие. И теперь это уже можно сказать. — Решимость как будто на миг предает ее, и дрожь в голосе обворачивается вокруг моего сердца колючей лозой. — Кажется, я влюбилась в вас с первого взгляда, мой несносный герцог.
Что она несет?!
Почему это похоже на прощание?!
Дракон пикирует вниз, и последнее, что я вижу — мою маленькую Тиль, храбро забирающуюся в брюхо Ярости.
Глава шестьдесят восьмая: Сиротка
В железном брюхе Летающего корабля противно воняет чем-то кислым, проникающим в меня словно через кожу. И стоящий стеной сизый дым до слез выедает глаза.
Я почти ничего не вижу в это неестественном тумане. Приходится идти наощупь, хотя я не вижу даже кончиков пальцев, когда выставляю вперед руку. Обжигаюсь пару раз, случайно дотрагиваясь до раскаленных железных труб, из которых время от времени с громки шипением выходят упругие столбики пара.
Кажется, что каким бы огромным не был летающий корабль, он все равно не может быть похожим на лабиринт, чтобы заблудиться на пути к цели. Если только им не управляет Мастер Сайфер, и мы с Ноксом
