Мне «повезло» родиться сиротой, оставленной на пороге монастырского приюта, где я провела «лучшие» восемнадцать лет своей жизни. А потом повезло еще раз — спасти от лап разбойников богатую леди, которая оказалась как две капли воды похожа на меня.
Авторы: Субботина Айя
«маску» Риванны и сбросили вниз башкой.
Но магия «масок» — мастерство Хаоса.
Только старшие демоны так искусно владеют иллюзией.
Только им доступны трансформации формы, голоса и тела.
Я до рези за веками прикрываю глаза.
Нет. Нет, этого не может быть…
Я же верил ему как себе.
Глава сорок восьмая: Сиротка
— Как хорошо, что ты, наконец, решила выбраться из замка! — счастливо заливается Примэль, и в который раз украдкой отодвигает занавеску экипажа, чтобы выглянуть в окно. — Жаль только, что день сегодня еще пасмурнее, чем твое настроение!
Она возвращается на свое место напротив и привычным уже жестом достает жестянку с леденцами. Я смотрю, как забрасывает в рот сразу парочку и пытаюсь заставить себя не думать о том, то в моем арсенале слов просто не хватило аргументов, чтобы избавиться от ее присутствия. Хотя, что можно противопоставить: «Первая фрейлина должна всегда быть рядом и оберегать жизнь будущей королевы Артании»?
Мысль о том, чтобы доверить ей свою жизнь, буквально разрывает меня на части, и мешает сосредоточиться на главном — разговоре с химером. Но чем больше я пытаюсь придумать подходящие и убедительные слова, тем больше меня тревожит совсем другая мысль — почему я решила, что химеру под силу справиться с магией браслета?
Он ведь просто делает красоту, а не кует всякие приспособления для отлова неверных женщин?
Я провожу пальцем по филигранному цветку поверх красивого украшения, задеваю ногтем алый как кровь камень и зачем-то поддеваю его, как будто пробую на прочность. С чего я решила, что химер сможет справиться с этой штукой? Когда именно в моей голове появился знак равенства между химером и решением моей главной проблемы на пути к бегству?
В памяти всплывает та ночь, когда об это казал Орви. Это ведь были его слова: «Химер знает все». Почему я так отчаянно ухватилась за них?
— Ты уже придумала, какое платье хочешь на свадьбу с Его Величеством? — отвлекает Примэль, и странная тревога, которая внезапно появилась в моей голове, растворяется в ее неприятном для моего слуха голосе. — Я подумала, может…
Она ёрзает на месте, распускает висящий у пояса расшитый серебром и шёлком бархатный мешочек, и достает оттуда пару смятых листов. Виновато разглаживает их и протягивает мне. Судя по одному рваному краю — Примэль вырвала их из книги.
— Прости, — она густо краснеет, — просто подумала, что тебе это может пригодится. Рисовать я совсем не умею — мой бедный отец уже отчаялся найти хороших учителей. Но это были очень старые и пыльные книги, вряд ли пропажу бросятся искать с собаками.
Примэль нервно посмеивается и я все-таки опускаю взгляд на рисунки.
На одном изображена какая-то очень степенная дам в уже почтенных летах, но платье, которое на ней надето, похоже на произведение искусства, хоть немного ей и не по возрасту. Надпись внизу под гравюрой говорит о том, что это — Ее Величество королева Роанна Скай-Ринг, а в моей памяти всплывает, что она — мать Дарека Скай-Ринга, отца Эвина.
На второй — молодая женщина, стоящая немного в пол оборота.
У нее светлые волосы, красивый благородный профиль, но даже с бездушной гравюры от этой красавицы веет странным холодом. Ниже написано ее имя — Виктория Скай-Ринг. Жена Дарека. Та, которая так и не смогла подарить ему законного наследника — так говорил Химер, хотя в официальной истории, именно Виктория записана и назначена матерью Эвина. Он как будто даже немного похож на нее, но это, наверное, просто игра моего воображения.
Я беру третью страницу, но в эту минуту экипаж останавливается, и гвардейцы распахивают дверцу, помогая нам с Примэль выйти. Приходится быстро спрятать листы в свой ручной мешочек, поправить платье и быстро, чтобы не привлекать внимание толп зевак вокруг Салона химера, скользнуть в дверь. Примэль следует за мной шаг в шаг, словно тень, от которой нельзя избавиться. Если я не придумаю способ это сделать, то разговор с химером закончится, даже не начавшись.
Нужно что-то придумать и побыстрее, иначе мечта о побеге так и останется мечтой.
Но, как было в те разы, когда я уже посещала химера, мне снова нужно время, чтобы привыкнуть к убранству и сказочности его салона. Все здесь словно создано для того, чтобы внушать умиротворение и желание остаться в этих стенах до конца своих дней. Сегодня эта мысль в моей голове почему-то особенно сильна.
— Ваша Светлость! — Химер выходит нам навстречу из какой-то радужной арки, которой — готова на это спорить — мгновение
