Мне «повезло» родиться сиротой, оставленной на пороге монастырского приюта, где я провела «лучшие» восемнадцать лет своей жизни. А потом повезло еще раз — спасти от лап разбойников богатую леди, которая оказалась как две капли воды похожа на меня.
Авторы: Субботина Айя
— И так, кажется, конфликтов у нас не предвидится, — говорит Эвин, даже не скрывая издевку.
В тот день когда между Тайным советом и мной перестанут «предвидеться конфликты», посреди Артании разверзнется вулкан или Хаос вместе с Красным Принцем прорвет печати и нас всех ожидает очень скорая и очень неприятная смерть.
Не помню, чтобы мы когда-то заключали хотя бы видимость мира и сотрудничества. Впрочем, открыто никогда не желали друг другу провалиться.
— Могу ли я ознакомится со списком претенденток? — Фредерика для вида, конечно же, смотрит на короля, хотя ее абсолютно точно уже ввели в курс дела, кто именно отвечал за подбор кандидаток.
Эвин кивает в мою сторону, и я достаю второй экземпляр. Знал же, что Эвин будет в гневе, и бедной бумажке, как гонцу с дурной вестью, достанется.
Маркиза разворачивает пергамент, быстро его изучает, пару раз то удивленно выгибая бровь, то зло усмехаясь. И даже изредка многозначительно поглядывает в мою сторону. Что я должен понять из этих взглядов? Что она что-то поняла? Так все открыто.
— Могу ли я высказать пару заме… — Она быстро спохватывается, пряча ошибку за почти правдоподобное покашливание. — Пару наблюдений?
Эвин немного нехотя, но кивает.
— Здесь всего пара принцесс, — очень осторожно, как будто этот намек вообще невозможно понять, высказывается маркиза.
— Артания достаточно сильное королевство, чтобы позволить себе обойтись без внешних союзников, — говорит король. — А вот укрепить ее изнутри пойдет на пользу.
Фредерике хватает ума принять его слова без лишних ремарок.
Возможно, в этот раз Черная вдова, наконец, подсуетилась, и нашла мне достойного соперника.
Я изо всех сил держу себя в руках, чтобы не выглядеть слишком довольным.
С самого начала я был уверен, что затея Эвина станет для меня либо скукой смертной, либо последней каплей, после которой я, наконец, оставлю службу, вернусь в своей разваленное родовое гнездо и проведу остаток дней у камина, в тепле, тишине и покое.
Но в свете таких перспектив — маркиза снова бросает на меня многозначительный голодный взгляд — есть еще и третий вариант.
Утереть нос Тайному совету, который, конечно же, уже выбрал свою кандидатку для Эвина.
Осталось выяснить, кого.
И сделать все, чтобы она ни в коем случае не получила руку короля.
— В таком случае, — Фредерика снова делает перед королем идеальный реверанс, — я немедленно отбываю в Черный сад и начинаю все приготовления к приезду девушек.
— Начинайте, начинайте, маркиза, — милостиво разрешает Эвин, и когда она уходит, тычет в мою сторону пальцем, словно я какой-то нашкодивший ребенок. — Рэйвен, я слишком хорошо знаю этот взгляд…
— Прости, но если уж ты заставляешь меня заниматься бабскими соплями и истериками, то имею я право на какие-то… привилегии! — делано возмущаюсь я. — И потом — ты же сам говорил про втоптанный сад.
Когда через пару дней после возвращения в монастырь, перед воротами появляется четверка всадников и начинается настоящий переполох, я почему-то сразу понимаю, что их появление как-то связано с той странной ночью, о которой я не рискнула рассказать даже Игрейн.
Когда подруга, запыхавшись, вбегает в обеденный зал, из которого только сбежали все послушницы, чтобы облепить маленькое окошко, через которое можно видеть внутренний двор, я с ужасом прижимаю к груди миску.
— Это посланники… Инквизиции? — спрашиваю шепотом, пока Игрейн переводит дыхание после быстрого бега. — Они за…
— Что? — Игрейн делает большие глаза, и я кое-как справляюсь с дрожащими руками. — Матильда, что у тебя в голове? С чего бы инквизиции приезжать в монастырь Плачущего?
— Может, нужна помощь… — отвечаю первое, что приходит на ум.
— Они ищут тебя! — в лоб выдает подруга, и я все-таки роняю на пол глиняную миску. Игрейн смотрит сначала на разлетевшиеся в стороны черепки, потом на меня. — Да что с тобой? Который день бледная. Девичья хворь?
Я густо краснею и, перехватив передник, присаживаюсь на корточки, чтобы убрать с пола.
— Плачущий, дай мне терпения, Тиль, ты что — оглохла? Всадники приехали за тобой!
Она хватает меня за плечи, тянет, вынуждая подняться и уже за руку волочет в сторону двери, а оттуда — к лестнице.
— Настоятельница Тамзина велела немедленно найти тебя и привести.
Плачущий, что теперь будет?
Возможно, юная герцогиня все-таки что-то вспомнила что на самом деле произошло то й ночью? Но почему тогда не отправила весть Инквизиции, как положено сделать любому добропорядочному артанцу?
Или,
