Мне «повезло» родиться сиротой, оставленной на пороге монастырского приюта, где я провела «лучшие» восемнадцать лет своей жизни. А потом повезло еще раз — спасти от лап разбойников богатую леди, которая оказалась как две капли воды похожа на меня.
Авторы: Субботина Айя
себе каждую из одиннадцати пар глаз.
Точнее, только десяти, потому что Примэль снова увязывается за мной и счастливо, будто это она только что «умыла» Веронику, трещит:
— Матильда, ты такая умница! Так ей! Пусть не думает, что особенная. И что ты такая хмурая? У тебя свидание с Его Величеством!
Ага, и с Вероникой тоже.
Найти свою новую комнату оказывается не так уж сложно — она в правом крыле, к счастью, максимально далеко от того крыла, в котором живет Фаворитка.
На этот раз у меня уютные апартаменты, обустроенные в светлых тонах, с большой кроватью под расшитым фиалками балдахином, огромным ростовым зеркалом в старинной деревянной раме, и целой отдельной ванной на ножках в виде птичьих лап.
Но не успеваю я перевести дух, как в комнату стучат.
— Да, войдите, — я зачем-то инстинктивно отхожу подальше к окну.
Это, должно быть, герцог.
Пришел проверить, насколько хорошо маркиза выполнила его приказ.
Но нет — это совсем не он, и на долю мгновения, такую короткую, что я не уверена, будто эта мысль существовала в моей голове, я чувствую легкое разочарование.
— Миледи. — В комнату второпях заходит горничная. Не та, что была у меня утром и это несказанно радует. — Меня зовут Эсми, я — ваша новая горничная.
Держит на вытянутых руках что-то нежно-голубое, даже на вид тяжелое и как будто бархатное, умудряется исполнить реверанс.
— Ваша «амазонка» к сегодняшней верховой прогулке. Я помогу вам одеться.
Я открываю рот, чтобы поблагодарить и, как гром среди ясного неба, почему-то только теперь вспоминаю, что езда верхом была чуть ли не единственной наукой, которую я так и не смогла постичь в Горностаевом приюте.
Потому что те пару раз, которые я с грехом пополам взбиралась на лошадь, закончились моим же невообразимым и молниеносным падением с нее. Герцогиня решила, что если мы продолжим, она рискует потерять единственную уникальную «близняшку» и на этом мои попытки приручить лошадь и седло закончились.
Паника заставляет меня кулем плюхнуться на кровать и нервно, до крови, прикусить нижнюю губу.
Что же делать?!
— Миледи, — слышу немного испуганный, но настойчивый голос горничной, — времени совсем не много…
С трудом, но все-таки поднимаюсь.
Молча изображаю куклу, даю себя раздеть, нарядить в шелковые панталоны и расшитую сорочку.
Послушно хватаюсь за столбик кровати, когда Эсми начинает усердно, будто это тоже еще одно скрытое испытание моего терпения и переносимости боли, затягивать корсет.
Потом так же послушно даю «нарядить» себя в блузу, юбку и жакет.
Все это так наглухо застегивается, что я еле-еле могу дышать.
— У вас такая тонкая талия! — довольно попискивает горничная, пританцовывая вокруг меня с расческой, шпильками и гребнями. — А волосы — ну чистый доррский шелк!
Я должна что-то придумать.
Иначе свалюсь с лошади раньше, чем она успеет сделать десять шагов.
Герцогиню в седле я видела — она запросто, словно срастаясь с лошадью, скакала галопом, брала даже самые немыслимо высокие барьеры и ни разу не то, что не упала — даже не пошатнулась в седле.
А я… Плачущий, даже мешок с картофелем ездит верхом лучше, чем я.
— Ну вот, — слышу довольный вздох Эсми. — Вы такая хорошенькая…!
Даже жаль, что на этот чуть ли не единственный луч тепла в мою сторону, могу ответить лишь натужной улыбкой.
Но все же, выходя из комнаты на шатающихся слабых ногах, не могу упустить шанс взглянуть на себя в зеркало.
Это правда я?
Вот эта тонкая, как оса, юная девушка с высоко подобранными под крохотной синей шляпкой с совиным пером волосами — я?
Не герцогиня?
— Здесь ни у кого нет такой талии, — продолжает нахвалить Эсми, — готова побожиться!
Пока иду по ступеням вниз, меня провожает самый что ни на есть «похоронный марш» злых и недовольных взглядов остальных девушек. Наверное, это не очень умно с моей стороны, но когда спускаюсь в широкую галерею перед входом, поворачиваюсь к своим соперницам и весело машу им рукой на прощанье.
Счастливую улыбку приходится буквально выцеживать из себя по капле, но зато теперь никто из них не скажет, что герцогиня Лу’На шла на свидание с королем с видом женщины, которая этого не заслуживает.
Хорошо, что галерея длинная и у меня есть возможность немного потянуть время, идя как можно медленнее.
А что, если я скажусь больной? Ну мало ли что, после шести часов напряжённого тестирования знаний истории, у кого хочешь может случиться нервный срыв.
Я мысленно представляю торжествующую улыбку
