Мир будущего — как он есть. Мир, в котором почетным руководителем пионерской организации является Его Величество Император. Мир, в котором дворяне руководят Империей, где строй очень похож на коммунизм. Мир, в котором нет преступности, но снова и снова гремят войны. Мир, в котором мечтой любого мальчишки вновь становится мечта о космосе — но отнюдь не мирном. «Полдень. XXII век»? Нет. Новый мир будущего.
Авторы: Верещагин Олег Николаевич
не по себе…
— Коли не получится — будем плакать, — буркнула Лизка, а Зигфрид как можно беззаботнее отозвался:
— Да, брось ты, за нами сразу с нескольких спутников следят. Не средневековье… Ну как?
— Не получается? — Катька тем не менее продолжала попытки. Лесоход пересекал заросшую молодым березняком ложбинку. Зигфрид оглянулся через плечо — ему показалось, что в спальнике что-то упало.
Поэтому он так и не смог позже вспомнить, что случилось. Просто Лизка истошно закричала, а его бросило спиной вперед на пульт — и в темноту…
…»Вии… Вии… Вии…» — стонал сигнал аварийки. Призрачный сиреневый свет запасных ламп плавал по рубке лесохода.
Земля? Да, земля во всех стеклах — похоже, машина носом в земле.
Зигфрид лежал поверх пульта. Страшно болело левое плечо. А это что? Кровь… Пальцы Зигфрида наткнулись на обломок рычага — он пропорол плечо на сквозь. Так… До чего раздражает это мигание… Девчонки?!
Он повернул голову. Вот они. Катька лежала согнутая в дугу, голова между колен, совсем недалеко, у углу пульта. Лизка, постанывая, пыталась карабкаться по полу, превратившемуся в стену. Из носа у нее текла кровь, черная в свете ламп.
— Ты куда собралась? — поинтересовался Зигфрид, стараясь не шевелиться. Лизка обернулась, всхлипнула:
— Ты живой?! Кони… они…
— Там гироскопический подвес, — напомнил Зигфрид, — ничего с ними не случится. Катьке помоги.
— Что с тобой? — вгляделась девчонка. — Что у тебя с плечом??
— Ничего, — терпеливо отозвался Зигфрид, — помоги Катьке, — и одним рывком снял себя с обломка, подавив крик. Зажмурил глаза, зажал рану; в ушах шумело, в темноте медленно вращались огненные круги. Когда мальчишка открыл глаза — Лизка бинтовала ему плечо, а Катька, сидя на корточках, крутила шеей и всматривалась в экраны, по временам пытаясь их реанимировать.
— Больно? — руки Лизки действовали быстро и ловко, словно бы независимо от самой девчонки, которая шмыгала носом, потому что кровь у нее еще шла.
— Уже не очень, — Зигфрид сел удобнее. — Где мы, девчонки? Я ничего не понял.
— Я тоже, — призналась Катька. — Меня ударило об аппарат связи… и сейчас ничего не работает.
— Это потому что ты невероятно твердолобая, — Зигфрид покосился на руки Лизки. — Я не умру от потери крови?
— От трепливости ты умрешь, — сердито сказала та. — Мы куда-то провалились. Но я тоже не поняла, куда, просто ухнули, и все… Ну вот. Подвигай рукой.
— Спасибо, Лиззи, — Зигфрид поднялся на ноги. — Так… Посмотрим.
— Мне страшно, — неожиданно призналась Катька. — Это ловушка? Или что?
— Сейчас все узнаем, — уверенно (хотя он и не ощущал настоящей уверенности) обнадежил Зигфрид. — Хватит страдать, фроляйннен. Совсем ничего не работает?
— Совсем, — подтвердила Катька.
— Бери тестер и займись проверкой, — приказал Зигфрид. — Лизи, ты садись к пульту.
— Подожди, а ты что собираешься делать? — Катька подозрительно посмотрела на мальчишку, который полез по «стене» вверх. Зигфрид оглянулся через здоровое плечо:
— Всего лишь выйти наружу, красавица.
— Ты?! — возмутилась Катька. — Лучше я? — Зигфрид поднял брови. — Не гримасничай, я серьезно! Прекрати играть в благородство, ты же ранен?
— Даже раненый, я остаюсь мужчиной, — невозмутимо ответил Зигфрид, — а вы — девушки. Игра тут ни при чем.
— Зиг, не смей! — крикнула Катька.
— Не ори, — попросил германец и улыбнулся. — Девчонки, ну ничего же опасного нет. Мы скорее всего просто под землю провалились, в каверну. Я посмотрю, как и что, может быть, выберусь сразу наверх. Вот. Связь будем держать через браслеты, — он подмигнул: — Ну что вы, девчонки? Ничего там страшного нет. Вы займитесь ремонтом, а я скоро. Лиззи, говори со мной.
…Через верхний люк выйти не удалось — его не получалось открыть, и Зигфрид с опаской подумал, цел ли вертолет. Когда он пробирался через «хвост» (кони в своей люльке и в самом деле плевательски плевали на происходящее) — зажегся свет, и германец с облегчением ощутил, как откликнулась на разные голоса ожившая машина.
— Живем, — пробормотал он на родном языке и спросил: — Что там было?
— Шунт разорвало в первом блоке, — голос Катьки зазвучал удовлетворенно. — Сейчас все в норме…
— Зиг, мы в какой-то пещере, — вклинилась Лизка. — Большая, свежая совсем… даже яма, а не пещера. Зиг, это ловушка, не выходи.
Зигфрид остановился в задумчивости. Спросил:
— Прожектор вращается?
— Нет, — после короткого молчания огорченно ответила Лизка.
— Я выйду через погрузочный люк, — отозвался Зигфрид. — Надо, девчонки, мы ведь даже не видим, куда откапываться.
