Мир будущего — как он есть. Мир, в котором почетным руководителем пионерской организации является Его Величество Император. Мир, в котором дворяне руководят Империей, где строй очень похож на коммунизм. Мир, в котором нет преступности, но снова и снова гремят войны. Мир, в котором мечтой любого мальчишки вновь становится мечта о космосе — но отнюдь не мирном. «Полдень. XXII век»? Нет. Новый мир будущего.
Авторы: Верещагин Олег Николаевич
Вот честное слово, к тебе — пошел бы первым, хоть мы, казаки, в латифундиях почти никогда не селимся. И еще нашлось бы много желающих. Даже у нас в станице.
— Я думал об этом, Борь, — негромко отозвался Игорь. — Это, если честно, заманчивая мысль… Сам себе хозяин. Экстерриториальность, внутреннее право, охранная дружина, нарезки и хутора… учил я это, даже зачеты по принципам управления сдавал, помнится…
— Ну и?.. — Борька выжидающе посмотрел на него.
— Как ты думаешь, вот Дзюба — мог он создать на месте губернии латифундию? — поинтересовался Игорь.
— Мог, — уверенно ответил Борька.
— Но не создал, верно? А почему?
— Не знаю, — признался Борька.
— А потому, что есть нечто большее, чем латифундия, чем своя воля и свои желания… Я ничего плохого не хочу оказать о латифундистах, но я-то — не латифундист. Мы, Муромцевы, вот уже несколько веков служим Зимнему Дворцу, а не себе. Это не всегда было выгодно, но всегда — почетно, а что может быть выше чести? «Тэмпора мутантур — сэмпер идем», знаешь как переводится? «Времена меняются — мы прежние», Борь. Поэтому мне мало латифундии — мне нужно величие Империи, и я ему служу. — Игорь вдруг улыбнулся и полюбопытствовал: — Я доходчиво объяснил?
— Вполне, — вздохнул Борька. — Значит, будущим летом ты улетишь?
— Улечу, — кивнул Игорь,
— Жалко, — в сторону оказал Борька. — Ну что, едем на северо-запад?
— Едем, — согласился Игорь, садясь в седле уже нормально.
Огромный панцирь крокозавра — пустой и гулкий — был похож на каску из стерео про старые войны. Он лежал возле самой тропы — Игорь сперва даже не понял, что это такое. Еще и потому, что внимание мальчишки привлекла сама тропа. Это была не звериная тропка — тоннель в зарослях — а именно тропа-дорога, широкая, утоптанная, с аккуратно сведенным по бокам кустарником.
— Наконец-то, — заявил Борька. — Вот тебе и караванная тропа, о которой ты мечтал.
— Мечтал, — согласился Игорь, стукнув носком сапога по панцирю. — А это что, вместо постоялого двора? «Привал странников»?
— Скорее — указатель, — Борька, нагнувшись, провел пальцем по выцарапанным на роговых шестигранниках знакам. — Тут, если я правильно понял, указаны расстояния до разных объектов. До городов, станций — все такое.
