Чужая земля

остановившимися глазами. — Его убили в селении, где он гостил. И это было не первое покушение. Они долбили в одну точку, пока не добились своего, и даже охрана не смогла спасти господина. Тебе надо быть очень осторожным, мальчик мой. И… лучше бы отказаться от этой экспедиции.
— Что-о?! — возмутился Игорь. — Да я, можно сказать, живу мыслью об этом весь последний месяц! Да и идем мы в другую сторону от Иррузая.
— Никто толком не знает, что там, в глубине материка, — напомнил Дзюба, — я уже говорил. Не исключено, что там вабиска больше, чем здесь, на севере.
— Ярослав Ярославович, когда вы пришли сюда два года назад с женой и двумя детьми — вы не боялись, что вас всех могут убить? Вас, их, всех, кто с вами? — Дзюба помедлил, и Игорь продолжал: — Боялись, не могли не бояться. Но пришли. И добились своего — и пулей, и клинком, и волей. Я намного младше вас, сударь, но я такой же, как вы. Поэтому не надо меня отговаривать, Ярослав Ярославович.

Сидя в кресле с ногами на столике, Борька подыгрывал на гитаре, а Игорь негромко напевал. Не большой концерт давали все сообща самим себе вечером перед утренним отъездом, собравшись все в том же многострадальном номере. Может быть, не все и помнили, о чем говорилось в древних стихах песни, которую пел Игорь… но рваные фразы чем-то привлекали, и в комнате стояла абсолютная тишина — никто не моргал и, кажется, не дышал. Может быть, потому что Игорь умел хорошо петь — он от природы имел неплохой голос, еще и отшлифованный в лицее.

Степка, не мигая, глядел на Игоря. Замерла в кресле Катька. На диване, привалившись друг к другу, застыли Женька и Лиза. Свел брови Зигфрид…